«Мне попадаются люди, которые, я надеюсь, меня не подставят»
Победительница конкурса «Голос» на «Первом канале», будущая представительница России на главном европейском песенном поп-конкурсе, встретилась с корреспондентом «Известий».
— Страсти вокруг вашего участия в «Евровидении-2013» немного улеглись, и вы облегченно выдохнули?
— Если честно, то нет. Я настолько растеряна и радуюсь происходящему. Для меня правда огромная честь представлять страну и такая же ответственность. Трачу все силы на подготовку. Все они уходят на то, чтобы не растеряться, точно просчитать номер, костюмы. Мне хочется, чтобы все получилось достойно!
— У вас уже столько побед на всяких конкурсах, что можно было бы и привыкнуть.
— Ну что вы? Все эти конкурсы были ступенями к тому, что происходит сейчас. Это уже ответственность другого уровня. Конкурс европейский, и он очень важен, и ценен для меня.
— Вас знают как исполнителя, пусть и блестящего, чужих песен. Пополнится ли ваш репертуар авторским материалом?
— У нас настолько сейчас все загружено «Евровидением», что авторский материал мы пока решили придержать. Конечно, мы смотрим, изучаем, какие песни войду в будущий альбом, но сейчас «Евровидение» превыше всего.
— Ваши музыкальные пристрастия довольно разнообразны.
— Моя самая главная исполнительница с самого детства — Уитни Хьюстон. Очень люблю Стинга, Адель, Джоша Гробана, группу Scorpions. Я очень много чего слушаю. Очень люблю качественную музыку, а ее много в каждом жанре: в фолке, классике, кроссовере.
— Вашим наставником на шоу «Голос» был Александр Градский. Вы слышали его песни раньше?
— Раньше я, конечно же, не представляла, что это за человек в плане общения, как он работает над каждой композицией! Я много слышала про него, но песни из его репертуара не попадались. Все-таки это, наверное, больше исполнитель из поколения моих родителей. Но за год до участия в проекте я увидела выступление Александра Борисовича на ТВ с песней «Как молоды мы были», и меня оно проняло до мурашек! Я даже представить не могла, что мне удастся с ним поработать и получить его поддержку. Сейчас, когда мы готовимся к «Евровидению», я все это получила. Он сразу видит и говорит — что и как спеть, что сделать по-другому, а что вообще не петь.
— У вас уже наступило ощущение себя как части мирового музыкального процесса?
— Для того чтобы это наступило, мне еще работать и работать. Слишком уж серьезное звание.
— Вы учитесь на заочном отделении факультета журналистики. Пойдете работать по специальности?
— Я уже попробовалась почти во всех направлениях, кроме радио. Больше всего меня привлекает журналистика печатная. Она предоставляет возможность более развернуто излагать свои мысли. Я пока продолжаю обучение, и кто знает, может мне и доведется прийти в профессию. Сейчас смысл моей жизни — музыка, но как все повернется — никто не знает.
— Как ваши родные реагируют на все то, что с вами происходит?
— Мои друзья и родные меня почти не видят, но они понимают всю сложность момента. Очень многое поменялось: и ритм жизни, и местоположение. Единственное, что мы успеваем, так это созваниваться и общаться в соцсетях. Если честно, я вообще не думала, что что-то из того, что со мной происходит, возможно. Когда мне звонит мама и я рассказываю ей про то, что я делаю, она спрашивает меня: «Ты веришь, что все это происходит с нами?» Конечно, я ничего не знаю ни из московской, ни из музыкальной жизни. Я вникаю в азы, пытаюсь все это изучить и понять. Хорошо, что мне попадаются люди, которые готовы мне все это объяснить и которые, как я надеюсь, меня не подставят!
