Столичный Новый Манеж стал большой лавкой
В Новом Манеже в Москве открылась выставка «Всё на продажу»: вывески, убранство витрин, рекламные плакаты, знамена ремесленных цехов, кассовые аппараты и весы — всё, что составляло гордость и дореволюционной торговой лавки, и советского магазина.
Посетитель чувствует себя, как в сказке Андерсена «О том, как буря перевесила вывески». Перевесила она их в строгом музейном порядке, снабдив каждую табличкой. Только выбирать практически не пришлось: памятников такого рода сохранилось мало, из запасников Музея истории Санкт-Петербурга, Музея истории Москвы, Исторического музея, Музея архитектуры имени А.В. Щусева, Музея В.В. Маяковского и частных собраний Москвы и Санкт-Петербурга «выгребли» практически всё.
— Эти вещи просто уничтожали или выбрасывали на помойку, считая не ценностью, а скорее «антиценностью», — сказала «Известиям» куратор выставки Марина Лошак. — Счастье, что были эстеты и представители русского авангарда, которые понимали художественные достоинства вывесок и собирали их. Потом эти коллекции оказались в Музее истории Санкт-Петербурга — это чистое везение. Другие экспонаты сохранились случайно, в единичных экземплярах.
Кроме пренебрежения коллекционеров, вывески убивали уличные условия. Живопись на жести, даже попав в музей, не всегда поддается реставрации. Тем не менее сохранившиеся экземпляры дышат жизнелюбием.
«Живая рыба» сохранила свою «живость» с начала ХХ века, а вертикальное панно «Ветчина — колбаса» показывает эволюцию мясопродукта от первого к второму так, что чувствуешь запах колбасной лавки.
Рекламный плакат конфетно-шоколадной компании «М. Конради, Санкт-Петербург» рассказывает историю флирта: галантный кавалер угощает даму не то зефиром, не то засахаренным мармеладом.
«Я ем консервы только товарищества Иосифа С. Кефели (Балаклава, Крым)», — сообщает холеный усач, восседающий за уставленным сардинами и «осетриной в томате» столом.
Папиросы и виноград объединяются на витражной витрине табачно-фруктового магазина. Знамена ремесленных цехов — шляпно-шапочного, квасного, булочного, «перчатного» — украшены золотыми нитями и геральдической символикой: явно, что мастера и жили неплохо, и делом своим гордились. С картинами соседствуют объемные муляжи бараньей ноги, циклопической перчатки или огромного кренделя.
Рядом с безымянными композициями на темы хлеба и мяса — «Хлебы на зеленом» Кончаловского. Вывеска вдохновляла Бориса Кустодиева, Наталью Гончарову и Михаила Ларионова. Они шли от искусства к вывеске, но и вывеска проложила путь к искусству.
— Нико Пиросмани — представитель анонимного искусства, получивший мировую славу. Было и много других больших художников, чьих имен мы не знаем. Видя их вывески рядом с Кончаловским, понимаешь, что подчас мощное анонимное искусство побеждает профессионалов, — считает Марина Лошак.
Несколько работ Пиросмани можно увидеть здесь же. Как и табличку «Дача продается», отлитую в металле. Сегодня желание увековечить данное объявление кажется странным, может, и дачи той давно нет. Впрочем, современный билборд с аналогичным объявлением и номером телефона наверняка обходится заказчикам дороже.
Немало внимания на выставке уделено советскому периоду. Даже смотрительниц в музее одели продавщицами советского времени, только раздраженного «Вас много — я одна» от них не услышишь.
Экспонаты времен победившего социализма вызывают приступ ностальгии. Как, например, «образцы принимаемых стеклобутылок, имеющих залоговую стоимость». Многие ведь уже подзабыли, чем бутылка для минералки отличалась от пивной бутылки, а «тот самый вкус», обещанный современной рекламой, на самом деле далеко не «тот».
Выставка открыта до 17 марта.
