«Американцам хватит и индийских сирот»
Четырнадцатилетний Максим из интерната для сирот-инвалидов №13 сейчас в Челябинске главный ньюсмейкер. Чиновники, простые горожане и заезжие журналисты гадают: обращался ли он на самом деле к Путину с просьбой отменить заперт на усыновление россиян американцами, или нет.
Первые люди области теперь ездят к мальчишке чаще, чем на совещания с подчиненными, пытаясь разобраться в истории с подростком, которого пытались, но так и не смогли усыновить американцы.
- У нас даже про матч звезд КХЛ – главное событие этой зимы – почти забыли из-за истории с Максимом, - говорит челябинский вице-губернатор Вадим Евдокимов. Он побывал в интернате в четверг, когда в СМИ появилось сообщение о просьбе Каргопольцева отпустить его в США, и в пятницу отправился навестить мальчика вновь.
– Губернатор с ним говорил, люди из Госдумы приезжали, но мы выяснили все. Слова мальчика не так интерпретировали. Дело не в том, что у него какие-то умственные отклонения, как некоторые писали, наоборот, он очень умен, дело в неправильной трактовке его слов.
По словам Евдокимова, Максим не просил пересмотреть закон. Он лишь хотел бы упростить процесс общения со своими американскими друзьями, которые пытались усыновить его.
- А в том, что власти всерьез заинтересовались этой проблемой, ничего необычного нет. Тема детей-сирот – одна из самых болезненных, да и президент сказал, что работу губернаторов будет оценивать, в том числе, и на основании их вклада в решение этой проблемы, - добавляет вице-губернатор Евдокимов.
Максим Каргопольцев за какие-то сутки привык к роли медиа-звезды и не трясется, когда его вызывают в кабинет к директору. Понимает, что зовут его для встречи с очередными чиновниками или журналистами, а не для наказания, ради чего школьников обычно и ведут к директору.
- Я бы хотел, конечно, уехать в американскую семью. И я все-таки уеду, но тогда, когда мне исполнится 18 лет. Мне пришлют приглашение, я получу все необходимые бумаги и отправлючь туда, - Максим рассуждает очень здраво, никаких растиражированных в газетах признаков инвалидности нет, но вот ростом он в свои 14 едва ли с десятилетку. – Они мне сами такой вариант предложили. Я тоже об этом думал, но, если честно, стеснялся им это говорить.
Им – это Диане и Милу Уолленам, тем самым американцам, которые два года назад решили усыновить Максима, но так и не смогли это сделать.
- Максим, давай все-таки вспомним, что отказ в усыновлении они получили раньше появления «закона Димы Яковлева», - в разговор вступает директор интерната Денис Мацко, который каждые пять минут выбегает из своего кабинета ответить на телефонный звонок очередного чиновника или журналиста. – Я бы хотел, чтобы ты сам об этом рассказал, а то мне еще не поверят. Итак, когда они подали документы на твое усыновление?
Максим на минуту задумывается, опуская глаза в пол.
- В марте? Да, точно. В марте. А в ноябре получили отказ, - спокойно говорит мальчик. – Они тогда очень расстроились, но сейчас ничего, успокоились.
Максим ежедневно переписывается с Уолленами через интернет и знает все об их настроении. В сообщениях зовет американцев Диана и Мил, но, признается, что иногда, увлекшись, обращается просто «mom» и «dad». Говорит, они вовсе не против. Мальчишка уверяет, что Уоллены уже два года воспринимают его как сына, «хотя любят нас всех одинаково, весь наш интернат, но так получилось, что усыновить решили именно меня».
- Ситуация крайне неоднозначная. Уоллены уже много лет помогают нашему интернату, приезжают сюда. Действительно, два года назад заявили о готовности усыновить Максима, но оформлением бумаг занялись совсем недавно, - в разговор вновь вступает отложивший на время мобильник молодой усач-директор Мацко. – Причем, действовали они неправильно. Сами подавали документы, хотя этим должно заниматься аккредитованное агентство. Почему я им не подсказал? Помилуйте, вы меня под статью подводите? Я не имею права. Подскажу, а потом выяснится, что у меня личная заинтересованность в организации процесса усыновления. Извините.
По дороге из учебного корпуса в жилой, уже без директора, Максим говорит, что Мацко «хороший мужик и не врет»: все именно так и было, его приемные родители что-то напутали с бумагами. Но он не отчаивается и даже собирается съездить к ним на летних каникулах. В этом ему обещал помочь только что появившийся у мальчика опекун – депутат Госдумы Сергей Вайнштейн.
- Он вчера ко мне приезжал, мы где-то с полчаса поговорили, и он решил стать моим опекуном. Вот, смотрите, что Вайнштейн мне подарил, - Максим достает из кармана большой смартфон, на заставке которого групповой портрет самого мальчика и супругов Уоллен. – Вы не знаете, он «единоросс»? Из ЛДПР? Ясно. А в Америку поможет мне съездить? В Вирджинию? Я бы очень хотел.
С Вирджинией Максим, кстати, не намерен связывать всю свою жизнь. У него уже четкие планы на будущее: после девятого класса закончить юридический техникум, доучиться в США, а потом жить на две страны.
Оценки у Каргопольцева хорошие по всем предметам, мог бы выбрать и иную специальность. Но, боится, что в любой другой сфере может потребоваться физическая сила.
- Так что, остается юриспруденция. Ну или хобби какое-нибудь, которое может в профессию перерасти. Я вот о кинематографе думаю. Но опять же, так, чтобы без особых физических нагрузок, - размышляет парень. – А то куда мне с нагрузками с моим здоровьем?
Со здоровьем Максима обещает разобраться его новый опекун Сергей Вайнштейн.
- Я уже решаю этот вопрос. А то американцы его несколько лет обхаживали, но даже на обследование не потратились. Я готов оплатить любые исследования и лечение мальчика. В России, в Германии, в Израиле, где угодно, - депутат Ванштейн барабанит пальцами по обтягивающей его рабочий стол белой коже и время от времени косится на большой монитор с биржевыми котировками. – У меня у самого трое детей. С женой посовещались и решили помочь еще одному ребенку.
Вайнштейн обсуждал проблему не только с женой, но и с коллегами. Говорит, что Дума активно работает над законопроектом, упрощающим процедуру усыновления сирот россиянами. Надеется, что его примут уже в эту сессию.
- У нас уже сформировался средний класс. Есть люди, которые готовы усыновить детей, но у них, скажем, часто не хватает жилплощади – это сейчас одно из самых распространенных оснований для отказа в усыновлении. И мы в законопроекте прорабатываем все эти моменты. По моему мнению, усыновители должны получать льготные ипотечные ставки, субсидии, налоговые и пенсионные льготы, тогда ребят начнут забирать из детдомов. А на американских усыновителей хватит индийских сирот. Там вон девочек новорожденных до сих пор топят, - заключает депутат.
Поездку в Вирджинию Сергей Вайнштейн обещает организовать. Говорит, что если летом соберется с семьей в отпуск в США, то и Максима Каргопольцева возьмет с собой. Ну или отправит с воспитателем из интерната. Если конечно, оговаривается депутат, американцы по какой-то причине не включат сироту в «черный» визовый список.
