РПЦ не станет копаться в технологиях электронных документов
На Межсоборном присутствии РПЦ обсудили несколько документов, призванных стать для РПЦ «законами к исполнению», — например, о процедуре выборов патриарха, об опасности (или безопасности) электронных документов, об усилиях по реабилитации наркозависимых и охране окружающей среды. В феврале получившиеся тексты должен будет еще раз проанализировать и утвердить Архиерейский собор.
Все документы подготовлены Межсоборным присутствием в тематических комиссиях. В интернете любому прихожанину или священнику дали возможность комментировать и предлагать свои идеи.
«Дискуссия» оказалась не пустым звуком. Например, документ «Положение о монастырях и монашестве» критиковали так жарко с репликами о «конце монашества в России», что текст отправили на доработку и на ближайшем соборе рассматривать не будут.
Подверглись редактуре и остальные проекты — например, о процедуре избрания патриарха (выбор из четырех вариантов предоставили собору).
Среди утвержденных для рассмотрения на соборе документов самым дискуссионным был проект концепции «О позиции Церкви в связи с появлением и перспективами развития новых технологий идентификации личности».
— В результате формулировки сделаны более общими, описание технической стороны вопроса из документа исключено, — сказал «Известиям» протоиерей Всеволод Чаплин, председатель тематической комиссии Межсоборного присутствия, готовившей документ. — Не дело Архиерейского собора, формулирующего учение Церкви, копаться в железе. Есть общественные организации мирян, им и следует доверить оценку безопасности технических новшеств.
В целом документ «настаивает на праве граждан не принимать новые технологии идентификации личности и сбора данных, если они опасаются, что это поведет к мировоззренческому или идеологическому диктату», — пояснил протоиерей Всеволод Чаплин.
— И христиане, и представители иных религий, и даже неверующие практически единогласно против безальтернативного и повсеместного перехода на электронные идентификаторы, — сказал «Известиям» председатель Синодального информационного отдела РПЦ Владимир Легойда.
— Богословскую аргументацию неприятия электронных документов можно разделять или не разделять, я лично считаю ее спорной, — сказал «Известиям» протоиерей Всеволод Чаплин. — Но мы надеемся, что государство будет по-прежнему идти навстречу этим людям. Важно, чтобы они не оказались вне возможности получать социальные блага — медицинское обслуживание, льготы, пенсии и т.п. Я знаю случай, когда онкологическая больная, не имеющая медицинского полиса со штрихкодом, не могла лечь в больницу.
Апокалипсис в документе не упомянут, хотя многие православные боятся, что электронные документы предвещают именно «печать Антихриста».
— При рассмотрении таких проектов важно сохранять трезвомыслие — поскольку есть большая опасность отразить не церковную позицию, а эмоциональные страхи тех, для кого конец света стал не поводом задуматься о смысле жизни, а просто этот смысл заменил, — считает Владимир Легойда.
Скорее всего, после собора РПЦ обогатится концепциями. Прочитает ли их обычный прихожанин?
Например, 7 из 12 документов, которые принял прошлый Архиерейский собор в 2011 году, были подготовлены в Межсоборном присутствии. Среди них был текст «Отношение РПЦ к намеренному публичному богохульству и клевете в адрес Церкви».
Pussy Riot тогда еще не выступили, а собор постановил: «Самым приемлемым и действенным способом противодействия богохульству людей, не принадлежащих к Церкви, является личный пример праведной и богобоязненной жизни самих христиан».
Впрочем, «обращение в установленном законом порядке к органам государственной власти для разрешения конфликта, а также для пресечения и наказания действий, направленных на осквернение религиозных символов и на оскорбление чувств верующих, если таковые носят противозаконный характер», тоже предполагалось. Иск против участниц Pussy Riot подавала не Московская патриархия, а частные лица из числа оскорбленных православных — видимо, хорошо усвоившие документ об отношении РПЦ к богохульству.
Документ «Церковнославянский язык в жизни РПЦ XXI века» вызвал бурную дискуссию перед предыдущим заседанием пленума Межсоборного присутствия — и был отправлен на доработку, которая длится до сих пор. На этот проект возлагались надежды о редактировании богослужения в сторону понятности.
