Я помню несколько страшилок, которыми капитально время от времени забивают и без того не очень здоровые мозги местной публики. Ну, про то, что сейчас придет Зюганов и всех раскулачит, это проехали.
А вот пугалка про то, что несчастная бедная Родина превратилась или вот-вот превратится в сырьевой придаток Запада, — это я слышу вот как раз с 1990-х годов, когда правильные пацаны пытались вырулить, кто именно будет продавать сырье для этого самого столько проклинаемого и страшного Запада. При этом истерика в СМИ была тем сильнее, чем ближе хозяева СМИ были к приватизации какой-нибудь «Сибнефти». Как только все всё устаканили, то и страшилка куда-то улетучилась. Словно в стране не стало ни нефти, ни газа, а остались только Стивы Джобсы на зарплате в 100 рублей.
Зато время от времени волнами проходит страшная сказка, что вот-вот сейчас все рухнет. Вот видели — уже самолеты валятся один за другим, поезда сходят с рельс, все взрывается и горит. А все потому, что при СССР все было круто, но только это было давно, и теперь все советские машины рухнут и Саяно-Шушенская поплывет в сторону Ирана.
Мы же не слепые и не глухие — мы видим все эти пропагандистские волны, которые после любого случая несут одну бесхитростную мысль: «техногенный Апокалипсис грядет». Почему он грядет? Да потому что проклятые капиталисты, которые сейчас рулят страной, они ничего не вкладывают в технику, ничего не инвестируют в технологию, чтобы купить себе еще одну халупу на Кипре. Начинается истерика обычно в августе, когда градус общественного маразма подогревается оханьем и аханьем в соцсетях.
У нас же скоро август, щас как бабахнет! Или как свалится! Или как утонет! И если свалится все-таки в другой месяц, то это потому, что оно должно было свалиться в августе и совершенно по нелепой случайности врезалось в мост в июне. Начинаясь перед августом, ожидание техногенной катастрофы уже не отпускает публику.
И ожидания оправдываются. Только совсем по другой причине, нежели износ потрясающего технического парка времен молодого Брежнева, половина которого — вообще довоенные британские, американские и немецкие станки и машины (часто со стыдливо перебитыми лейбаками). А остальное — дурно сделанные копии.
Вот давеча — ужасная техногенная катастрофа: взорвались тысячи тонн снарядов где-то под Оренбургом. Опять пошли разговоры, что власти скрывают масштаб разрушений, что этот проклятый советский ВПК нас всех тут поубивает своим старьем, которое взрывается на перегрузке из вагона на платформу. А уж сколько человек погибло, так почти как в Крымске — то есть миллион.
И тут одно издание вдруг раскапывает, что все это грохнуло из-за того, что какой-то военный не затушил бычок. Ну просто не затушил. То есть нарушил технику безопасности. Тупо. Каждый, кто жил в воинских частях в малолетстве или служил там рядовым или офицером, может рассказать миллион случаев с гибелью людей. Для этого даже не надо ждать учений. Все само произойдет — только потому, что кто-то не собирается выполнять требования устава. Инструкции. Да просто требований разума.
Как погибли люди на пароходе, потому что команда нарушила технику безопасности. Можно сколько угодно слушать разговоры о том, как противолодочный крейсер расстрелял собственную подлодку, но потом комиссия все равно выяснит, что цена, заплаченная сотнями жизней, — результат человеческой ошибки, небрежности и плохо несомой службы. Результаты природных катастроф усугубляются человеческим небрежением и нежеланием оповещать граждан — сами выплывут. Шахты взрываются не потому, что они изношены, а потому что комбайнер раздавил самоспасатель. В Иркутске разбился самолет, потому что экипаж ошибся со скоростью. В Ярославле — потому что один член экипажа нажимал на тормоз во время взлета. Старые «Илы»? Древние «Боинги»? О чем вы говорите? Аквапарк рухнул из-за ошибки планирования и неверной эксплуатации, а не из-за того, что настал роковой август и поэтому мы все умрем. В Перми самолет рухнул, а у кэпа в крови этиловый спирт. Как назвать людей, которые подвязывают к потолку клуба солому, а потом ее поджигают фейерверком? Понимаю, что это все — кандидаты на премию Дарвина. Но при чем тут посторонние и ни в чем не повинные люди?
И что самое интересное, что все эти люди, которые набрасывают на датчик метана мешок, пересекают двойную сплошную и не до конца закрывают ракетную шахту, — они же, если пока живы, то, скорее всего, сидят вечером у телевизора с пивом и тыкают пальцем в экран: «Не, ну эти начальники уже задолбали!»
А ведь смертельной делают московскую дорогу не собянинские плитки и даже не собянинская разметка. Смертельной ее делает пьяный подонок на Cadillac, который не видит красного света на светофоре или просто не хочет его видеть. И убивает всеми любимую актрису в одну секунду. И еще трусливо бежит с места преступления.
Так при чем тут неизбежный рок техногенных катастроф?
