Глава ВАСа раскритиковал Верховный суд

— Я принципиального прорыва там [в поправках] не вижу — это мягко говоря. Я боюсь, радикальных изменений не произойдет, даже если эти поправки будут приняты в заявленном виде, — заявил сегодня председатель Высшего арбитражного суда (ВАС) Антон Иванов «Известиям» на Международном конгрессе процессуального права.

Он добавил, что у Верховного суда (ВС) достаточно полномочий, чтобы правильно истолковать статью о мошенничестве, даже не меняя никаких формулировок закона, — «формулировки там «резиновые», их можно расширять или сужать». По его мнению, формулировок, которые уже есть в Уголовном кодексе (УК), достаточно, но необходимо менять судебную практику, к чему «нет никаких преград».

Законопроект об изменении ст. 159 УК был внесен в Госдуму еще весной, и с тех пор критика в его адрес не утихает. Так, на прошедшем на прошлой неделе круглом столе в Госдуме представители бизнес-сообщества заявили, что поправки несут в основном предпосылки к «количественным», а не «качественным» изменениям в карательной политике государства.

В частности, они предусматривают шесть новых составов преступления: в сфере кредитования; хищение денежных средств или иного имущества при получении компенсаций, субсидий, пособий; мошенничество с использованием поддельной банковской карты; мошенничество при осуществлении инвестиционной деятельности; мошенничество в сфере страхования и компьютерное мошенничество. Многие эксперты в то же время считают, что предложения ВС не облегчат бремени бизнеса, в отношении которого угроза уголовного преследования по мошеннической статье зачастую является дамокловым мечом и инструментом шантажа.

— На первом месте должны стоять вопросы защиты бизнеса и их контрагентов. Проект ВС их не решает, — заявил декан кафедры теории права и сравнительного правоведения ГУ ВШЭ Евгений Салыгин. Он считает, что возбуждать дело необходимо только по заявлению потерпевшего, прекращать дело за примирением сторон, ввести соотношение объема ущерба в результате мошеннических действий и объема выполненных по контракту обязательств, достаточное для возбуждения уголовного преследования, и другие.