Странного джаза глоток
Новый альбом певица Нора Джонс — дочь великого Рави Шанкара — записывала в союзе с продюсером Danger Mouse Брайаном Джозефом Бёртоном. Продюсер модный и востребованный. В списке его клиентов — The Black Keys, Gnarls Barckley и Gorillaz. «Опасный мышонок» Бертон в роли музыкодела, изготовителя звуковых пейзажей и музыкальных тайн на заказ прекрасно чувствует себя в мутной воде шоу-бизнеса. Музыка получается неторопливой и единой, не делящей людей по поколениям, материкам и цвету кожи.
Вокруг Норы Джонс несколько лет стоит информационный гул, но она умело обходится без медийных истерик, не совершает сомнительных пиар-движений, а как вокалистка постепенно отходит от околоджазовой догмы, с коей стартовала на пути к «большому» американскому стилю.
Альбом …Little Broken Hearts — нежная и уравновешенная работа, вводящая Нору в мир великой эстрады, двери в который с конца 1960-х годов нараспашку не открываются. Джонс словно хочет попасть под старое определение «настоящая барышня» и стать своей в пространстве, где комфортно себя чувствовали лишь гранды вроде Билли Холидэй или Дорис Дэй.
В стремлении к такой цели выбор стиля и музыки — задача архисложная, и Danger Mouse постарался изо всех сил. С его легкой руки Нора легко проскальзывает сквозь джунгли хип-хопа, превращая их то в красивейший поп-джаз, то в софт-рок. Инстинктивная чувственность и простота пения Норы нашли в аранжировках полную поддержку. Девушка напела, нашептала таинственную фонограмму, подобно Алисе, предвкушающей свои приключения в Стране Чудес. Ее путь от джаза к американской национальной песенной традиции и эстетике умного модерн-кантри-блюза, наконец, получил законченное студийное оформление.
Альбом одинаково идеален и для утреннего кофе в одиночестве, и для хмельной вечеринки. Предыдущая работа певицы — роль в фильме Вонга Карвая «Мои черничные ночи» — не была такой четкой и внятной. Здесь девушка поймала ноту, позволяющую держать уровень.
