Депутаты задумались о пропавших детях

Тема поиска пропавших детей станет одной из главных на предстоящей осенней сессии Госдумы. Единороссы готовятся пересмотреть действующую сегодня схему розыска детей. По их предложению правоохранительные органы обяжут возбуждать уголовное дело о пропаже ребенка в день обращения родственников. Сегодня в рамках ст. 144 УПК следователь должен решить вопрос о возбуждении дела о пропаже человека в течение трех суток со дня поступления заявления. В рамках той же статьи срок решения о возбуждении дела может быть продлен до 10–30 суток. Как объясняет источник в партии «Единая Россия», знакомый с ходом обсуждений, поправки позволят существенно сократить время поиска пропавших детей и облегчить работу всем структурам, задействованным в поисковых операциях.

— Если не возбуждено уголовное дело, силовики, волонтеры просто не могут запросить, к примеру, необходимую информацию о нахождении пропавшего, так называемый биллинг, у сотовых операторов. Притом что делать это надо сразу же, — говорит он.

Мобильные телефоны регистрируются на вышках сотовых операторов. Как правило, на трех — для лучшего качества связи. Периодически телефон отправляет на них регистрационные сигналы. Если сигнал принимает одна вышка, можно определить направление движения человека, две — район нахождения, три — нахождение с точностью до нескольких метров.

Единороссы предлагают прописать в законодательстве сроки, в течение которых оператор должен предоставить биллинг.

Сами операторы утверждают, что проблем с предоставлением сведений по биллингу нет. По словам пресс-секретаря МТС Виктории Кузьменко, этот оператор уже не раз оказывал помощь МЧС в поиске людей.

— Система видит, в какой базовой станции зарегистрировался абонент. Также наши специалисты вручную отслеживают сигнал для определения квадрата поиска. Точность локализации зависит от плотности и количества базовых станций. Существуют отработанные механизмы сотрудничества в каждом регионе. МЧС может получить от нас информацию по запросу в течение нескольких минут.

В профильном комитете Госдумы по безопасности и противодействию коррупции обсуждается законодательное регулирование вопроса организации поискового штаба для каждого конкретного случая из представителей местной администрации, силовых структур (СК, Генпрокуратура и др.), МЧС и волонтеров и координации их действий.

По официальным данным Следственного комитета, за 2010 год в розыске находятся 15 тыс. детей, из них 10% (1,5 тыс.) пропадают бесследно, то есть каждый день в стране пропадает 41 ребенок. И этот показатель, судя по статистике МВД за 2011 год (17 тыс. пропавших детей), постоянно растет.

Как замечает руководитель волонтерского поискового движения «Лиза Алерт» Григорий Сергеев, уголовные дела по пропавшим детям возбуждают крайне редко. И в большинстве случаев в реальности на третий день этого не происходит.

— Разыскные дела если и заводятся, то только после 10-го дня, — говорит он.

— В официальную статистику попадают, скорее всего, только те дети, по пропаже которых заводятся разыскные дела. Как правило, это происходит под большим давлением их родителей с учетом их социального статуса. В США, скажем, фиксируется каждый случай исчезновения ребенка в момент обращения родителей в полицию. Поэтому и статистика у них отличается — 800 тыс. пропавших несовершеннолетних в год, — приводит пример Сергеев.

Он, однако, не уверен в пользе предлагаемых штабов и полагает, что они будут функционировать по принципу «лебедь, рак и щука», а для того чтобы произошли кардинальные изменения, нужна другая схема реагирования.

— Каждый начальник отдельной структуры штаба становится особо важным и начинает руководить другими, в том числе волонтерами, которые из-под палки не работают, — рассуждает Сергеев.

Впрочем, инициаторы поправок (в их числе Владимир Васильев, Надежда Школкина, Ирина Яровая, Борис Резник и др.) уже готовятся к поездкам по регионам, где планируется объяснить волонтерам и силовикам необходимость скоординированной работы.

— Еще один момент, который при обсуждениях вызывает споры, — должны ли волонтерские услуги оказываться добровольно, — говорит депутат ЕР Надежда Школкина. — Многие предлагают напитать структуру деньгами, например, на оснащение, другие говорят, что где начинаются деньги, там заканчивается добровольчество.

По ее мнению, на сегодняшний день скорость работы полиции такова, что все сервисы, которые есть, — камеры в метро, биллинг телефонов — становятся бессмысленными.

— Пока бумаги и необходимые разрешения собираются, чтобы камеры в метро посмотреть, с них уже запись стирается. У нас с мобильным телефоном в лесу люди десятками гибнут по этой причине, — сетует глава волонтерского движения.

В подтверждение своих слов он приводит историю двухдневной давности: в Московской области, под Клином, пропали две девочки, не доехав до собственной дачи. Их подруга подала заявление в Клину. Полиция его не приняла, мотивируя тем, что подавать документ может только родитель. Ночью до Клина добралась мать девочек и подала заявление, однако правоохранители пообещали начать работу только утром. Теряется время, когда можно было бы забиллинговать их телефоны. Через двое суток девочек нашли мертвыми в Истринском районе.