Художники прикрылись мишурой
Московская биеннале молодого искусства проводится в третий раз. Прежде она называлась «Стой, кто идет?». Сейчас от названия отказались. Биеннале стала похожа на все биеннале в мире — она определяется порядковым числительным, хотя у нее есть и девиз: «Под солнцем мишуры».
Похожа она и своей неохватностью. Чтобы посмотреть все ее выставки, понадобится несколько дней. Они разбросаны по всей Москве. Помимо главного и стратегического проектов существуют специальная и параллельная программы.
Для публики это деление на программы не так важно, как само многообразие представленного. О желании участвовать заявили 2,7 тыс. художников и кураторов из 77 стран мира. В итоге отобрали работы двух сотен авторов из 33 стран: Индонезии и США, Южной Африки и Грузии, Пакистана, Аргентины и др. Больше всего русских авторов, включая художников из Красноярска, представлены в Акцизном складе «Винзавода».
Биеннале хороши открытием новых имен и новых мест в городе. «Галерея 21» часть курируемой Стасом Шурипой выставки «Контриллюзии» показывает у себя в Пуговишниковом переулке, часть — в ДК ЗИЛа, надолго было выпавшем из арт-ландшафта Москвы.
Главный проект в ЦДХ готовила немка Катрин Беккер. Она возглавляет видеофорум Новой берлинской ассоциации искусств и провела множество выставок — от Луиз Буржуа до молодого польского классика Артура Жмиевского (в этом году он вместе с группой «Война» курировал биеннале в Берлине). Готовила Беккер также выставки Дмитрия Пригова и Андрея Монастырского. В интереснейшем предисловии к каталогу биеннале она пишет о конфликте между светским и религиозным в современном русском искусстве, его стремлении к самоопределению в новом обществе.
Беккер сделала выставку в немецком стиле — слегка сухую, малоэмоциональную, интеллектуальную. Здесь нет живописи, одни фотографии и видео плюс объекты. Кажется, это новый способ смотреть на прекрасное. От него уже не ждут развлечения и удовольствия, это скорее работа, порой тяжелая и скучная, но важная своей непрерывностью.
Главному проекту отдан третий этаж ЦДХ. Кажется, поскупились: и в современном искусстве размер имеет значение. Если бы здание на Крымском целиком заполнили молодые художники, эффект мог быть другим.
Правда, тогда пришлось бы изменить дизайн. В ЦДХ сложная планировка, к ней надо приноровиться. Работающего здесь впервые ждет много трудностей. Порой сложно оттенить особенности произведений, а на первый план может выйти неожиданное — вроде желания молодежи быть как взрослые дяди и тети, производить унифицированное, конвенциональное искусство.
Беккер — куратор западного типа. Она отбирает работы интересные, но не очень эффектные с точки зрения российского зрителя — вроде «Длиннохвостой пещеры» аргентинской группы «Роза Чанчо» (внутри огромного цементного куба выстроена темная пещера).
Разница в мышлении видна, если сравнить ее выставку с выставками российских коллег. Те сделаны в более привычной для нас визуальной манере (можно сказать, визуальной гамме). Речь, например, о стратегическом проекте «Неокончательный анализ», подготовленном Еленой Селиной для ГЦСИ и Музея современного искусства в Ермолаевском переулке. Здесь тоже видео и объекты, но общее впечатление иное.
Кажется, наши кураторы знают нечто тайно-важное о российской публике, ее пристрастиях и возможностях. Плечики для одежды с оторванным крючочком, пририсованным Натальей Зинцовой прямо на стене (в «Галерее 21»), или лайтбоксы с рентгеновскими снимками рук в «Азбуке» Марины Талютто («АРТикуляция» в Цехе белого на «Винзаводе») — в этом есть неуловимо родное для любого зрителя.
Радикальнее всех оказалась Третьяковка, открывшая на Крымском Валу «Музей пролетарской культуры» Арсения Жиляева. «Музей» занимает один зал, но запомнится многим — здесь и Абай с движением на Чистых прудах, и рефлексия по поводу массовых демонстраций в Москве и самоуправления народа, и биографии типичных мастеров соцреализма с придуманными Жиляевым работами.
По правилам биеннале художник может выставляться до 35 лет. Жиляеву — 28. Значит, у него есть несколько шансов заставить зрителей будущих «молодежек» задуматься о вечной связи эстетического и политического.
Биеннале продлится до конца августа. Вход порой свободный.
