О чем расскажет зонтик, забытый в телефонной будке
В предпоследний день на Московском кинофестивале в программе гала-премьеры состоялась российская премьера картины «Я, Анна». В Москве фильм представили исполнительница главной роли Шарлотта Рэмплинг и ее сын, режиссер Барнаби Саускомб.
Помимо мамы дебютанту Барнаби Саускомбу удалось заполучить на вторую главную роль Габриэля Бирна, а второй план украсить присутствием новоиспеченного обладателя «Серебряного Георгия» ММКФ Эдди Марсана.
Он (Бирн) — шеф полиции, попавший под обаяние случайно встреченной в лифте незнакомки. Она (Рэмплинг), Анна, девушка, мягко говоря, не молодая, живет с дочерью и внучкой. Но надежд покончить с одиночеством не оставляет и регулярно посещает тематические вечеринки для тех, кому «за пятьдесят».
Герой Бирна преследует Анну по пятам, она становится для него настоящим наваждением. Когда же он наконец решается на знакомство — Анна вдруг его не узнает.
Внимание на пустяке влюбленный полицейский акцентировать не стал, но для знатоков жанра это был уже не первый звонок — внимательный зритель уже успел заметить, что с Анной что-то не так. То качели пустые раскачивает, то зонтик в телефонной будке оставит. Да и к чему здесь эта самая будка — что за ретро-деталь?
Порой кажется, что на этого внимательного зрителя и работает Саускомб, пытаясь означенные детали поудачнее «продать».
Не сказать, что актеры ему неинтересны: он умеет с ними работать и добивается того, чтобы мелодраматическая линия заработала. Но по сути — и это слишком заметно — история остается ему глубоко безразличной.
Обоим кажется, что их знакомство положит конец долгому одиночеству. Параллельно мелодраме развивается вялотекущий детектив: кто-то где-то когда-то кого-то убил. Подозревают почему-то голубого парня. А искать следует в другом направлении — сами знаете каком.
В финале две линии пересекутся. Но подробнейше разжевав всю детективную составляющую истории в серии флешбэков, Саускомб так и остался непонятым — на московской пресс-конференции ему даже пришлось извиняться за свою неспособность быть внятным.
Но главная проблема картины вовсе не в огрехах, вполне простительных дебютанту. Саускомб сел в режиссерское кресло исключительно ради самой возможности посидеть: от его профессиональной работы веет скукой, которую не могут разогнать ни операторские изыски, ни блистательная пара Рэмплинг–Бирн.
А пара действительно превосходна: «последнюю любовь» оба играют на одном дыхании, не оторвешься. Бирн хорошо, но Рэмплинг просто поразительно — в свои 66 она не дает усомниться в том, что легко может играть любую историю любви, хоть первую, хоть последнюю.
В эпизоде, где герой Бирна добивается от Анны свидания, фильм вдруг оживает, а эта история — в общем-то совсем про другое — наполняется наконец смыслом.
Но Саускомб торопится, спешит — ему куда важнее огорошить зрителя старым-добрым триллером из 1990-х, в котором тихая одинокая домохозяйка оказывается психопаткой-убийцей. А фильм — всего лишь грандиозной возможностью реализовать свой эдипов комплекс.
