В субботу откроется Нью-Йоркская книжная ярмарка. Россия на ней — почетный гость. В Нью-Йорк улетает целый самолет писателей, издателей, критиков и экспертов — чуть ли не сто, говорят, человек. Разумеется, главный квест этого большого приключения — убедить американских читателей читать русских писателей. Точнее, уговорить американских издателей их издавать.
Издаться в Штатах для сегодняшнего писателя, и далеко не только русского, — всё равно что выйти в Премьер-лигу: американцы почти не читают переводной прозы (а чего им, если полмира пишет по-английски), страшно привередливы, зато и платят по-королевски. К тому же того, кого «купили» в Нью-Йорке, автоматически купят и в Старом Свете.
Но дело, конечно, не только в деньгах: русская литература страдает от провинциальности. Наследники Чехова и Толстого (в самооценке, по меньшей мере) хотят жечь — и глаголом, и вообще — не только у себя дома, но во всех языцех. Пока, однако, успехи тут небольшие, для западного читателя современный русский прозаик — национальная диковинка, наравне с писателем из Афганистана или писательницей из Ирака (страшный инсайд о жизни в гареме — чадра и минарет на обложке). Западному читателю, признаются агенты, нужно что-нибудь про то, как в России плохо живут. Положение, что и говорить, унизительное.
На вопрос о причинах этого положения все отвечают по-разному. Никому не интересна литература страны, не представляющей из себя ничего на международной арене, говорят одни. Никому не интересны устаревшие романные техники, возражают другие. Никто не заинтересуется русской литературой, пока ее продвижением не будет заниматься государство (как это делают Англия через British Council, Франция через Alliance Francaise и т.д.), уверяют третьи. Правы, похоже, все.
И вот — книжная ярмарка в Нью-Йорке. Более экзальтированный наблюдатель сказал бы, что это Последний Шанс русской литературы. Еще бы: при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в Нью-Йорк летит полсотни писателей, с которыми со 2 по 7 июня пройдут десятки встреч, круглых столов, прений и чтений. Предполагается, что американские читатели и издатели посмотрят в открытые лица русских художников слова и поймут наконец, чего они себя лишают (не художники, а издатели и читатели).
Прочтут Бориса Акунина и восхитятся новаторскими техниками письма и глубокомыслием. Откроют для себя Александра Иличевского — очаруются композиционным совершенством и увлекательностью его романов. Послушают Эдварда Радзинского и будут поражены широтой эрудиции и неожиданностью концепций. Пообщаются с молодыми критиками из группы «ПоПуГан» (не слышали про такую? погуглите — соблазнительные есть фотографии) и порадуются точности суждений и строгости оценок всех трех девушек.
Я вовсе не хочу сказать, что американским издателям на «смотрины» везут сплошь неконвертируемые ресурсы. Очень может быть, что найдется свой читатель в Штатах и у Павла Басинского, и у Юрия Полякова, и у Ольги Славниковой… Ох, ну попробуем еще раз: найдется свой читатель в Америке и у Дмитрия Быкова, и у Маргариты Хемлин, и у Бориса Минаева… А, тьфу ты, бог с ним.
Человек, составлявший список «русского экспедиционного корпуса» в Нью-Йорке, очевидно, неравнодушен к (теперь уже бывшему) издательству АСТ и московской «толстожурнальной» тусовке, но это вовсе не значит, что кто-то другой собрал бы более сильную и представительную команду. Как сказал мне один писатель, когда я затевал крупную издательскую авантюру, «ваш проект предполагает, что сейчас одновременно живут и пишут четыре десятка больших писателей, а это по определению невозможно». Двое-трое — и то хлеб.
Ясно, что ярмарка в Нью-Йорке в этом смысле ничего не изменит. И что, в соответствии с дихотомией болезнь–симптомы, нужно, прислушавшись к советам умных людей, укреплять позиции страны на международной арене, совершенствовать романные техники и поддерживать интерес к русской литературе за рубежом на государственном уровне.
И тем не менее, конечно, за «наших в Нью-Йорке» будем болеть.
