Хотя «социальный лифт» «Уралвагонзавода» произвел эффект, который давно уже не производят ни его танки, ни тем более вагоны и цистерны, едва ли это нижнетагильское предприятие следует отныне считать главной кузницей кадров третьего путинского президентского срока. Также неосмотрительно ссылаться на какие-то особые управленческие таланты или личные политические заслуги теперь уже окончательно ставшего былинным Игоря Рюриковича.
Чтобы опровергнуть оба тезиса, для начала стоит разобраться, какое «хозяйство» столь неожиданно досталось рабочему-танкостроителю Холманских. Уральский федеральный округ, а точнее, расположенные здесь предприятия, обеспечивает треть поступлений в российский бюджет. При этом наличие в составе УрФО нефтегазоносных Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого округов, а также Тюменской области позволяет предположить, что столь значительный вклад в казну обеспечивается отнюдь не челябинскими, курганскими или нижнетагильскими промышленными гигантами. С другой стороны, уральские заводы дают гораздо больше рабочих мест, чем северные и сибирские месторождения. Не говоря уже об оборонной значимости многих из них.
Иными словами, в наличии своего человека во главе УрФО по идее должны быть заинтересованы и сырьевые, и промышленные лоббисты. 12 лет назад в момент введения института полпредов еще возможно было избежать соответствующей ангажированности, поскольку ближайшее путинское окружение еще не было разделено по отраслевым интересам. И кандидатуру лично знакомого с Путиным еще по питерским временам замглавы МВД Петра Латышева можно было считать оптимальной. В этом плане повезло округу и с преемником скоропостижно скончавшегося в декабре 2008-го Латышева — питерским юристом Николаем Винниченко. С той лишь разницей, что и сам Винниченко, и сменивший его в сентябре 2011-го Евгений Куйвашев были креатурами уже не Путина, а Медеведева, или, если угодно, медведевской администрации.
Иными словами, возвращение Путина в Кремль неизбежно открывало новый раунд борьбы за уральское полпредство. Тем более что такое активное участие «Уралвагонзавода» в президентской кампании-2012 вряд ли было обусловлено исключительно стремлением его руководства получить многомиллиардные оборонные контракты. И не случайно гендиректор УВЗ Олег Сиенко фигурировал в числе возможных претендентов на пост губернатора Свердловской области. В результате эта должность, скорее всего, достанется Куйвашеву. Но, значит, Сиенко по идее мог бы занять его место в полпредстве. Что для самого Сиенко и для его влиятельных московских покровителей, в числе которых нередко называют главу «Ростехнологий» Сергея Чемезова, было бы гораздо ценнее. И это на фоне ухода из правительства лидера сырьевого лобби Игоря Сечина.
Сохранить статус-кво позволял бы тоже обсуждавшийся приход в уральское полпредство Юрия Трутнева. Но тогда «Уралвагонзавод» так и не был бы вознагражден за свой предвыборный подвиг. Да, в первые же дни президентства Владимира Путина УВЗ получил от Минобороны заказ в общей сложности на 25 млрд рублей. Но буквально накануне судьбоносной поездки Холманских в Москву завод продал «Транснефти» 49% акций «Востокнефтетранса». А судя по тому, как долго Сиенко сопротивлялся этой сделке, участие в доходах предприятия, занимающегося перевозкой нефти из Сковородино в Козьмино, может быть доходнее производства и ремонта бронетехники.
Иными словами, назначение уральским полпредом формального лидера пропутинского рабочего движения было сколь экстравагантным, столь и единственно тактически беспроигрышным решением. Только тактически — потому что необходимость кардинального изменения кадровой политики и создания системы цивилизованного, осуществляемого через независимые от бюрократии парламентские партии лоббизма карьерное вознесение Игоря Холманских ни в коем случае не отменяет.
Автор — редактор отдела «Мнения»
