Во франко-немецких отношениях заштормило
Новый президент Франции Франсуа Олланд сразу после инаугурации отправился в гости к Ангеле Меркель. Его не остановило даже то, что в президентский самолет попала молния. Лайнер вернулся в Париж, а Олланд, пересев на другой борт, все же прибыл в Берлин — правда, на полтора часа позже назначенного срока.
— Мы общались через переводчика. Кроме нескольких минут, когда его не было. Тогда — на английском, — заявила Меркель, которая приняла нового французского президента достаточно холодно. С Саркози она по сложившейся традиции обменивалась приветственными поцелуями, а Олланду всего лишь пожала руку.
На совместной пресс-конференции канцлер заявила, что не рассчитывала в ходе первого же официального контакта преодолеть имеющиеся разногласия. Для нее гораздо важнее было начать конструктивный и доверительный диалог. Уже на июньском саммите ЕС, по ее словам, будут обсуждаться варианты преодоления кризиса и, возможно, новая германо-французская стратегия экономического роста. Так что времени для того, чтобы сблизить позиции, осталось не так уж много.
— Яблоком раздора остается Греция, которую надо сохранять в евро. Но Германия не позволит потакать ей, даже если в Брюсселе будет рассматривать очередной пакет послаблений Пакта стабильности, — полагает аналитик французского Института международных отношений и вопросов безопасности Фабио Либерти.
Встреча Олланда с Меркель, по его мнению, важна в стратегическом плане для обоих политиков. Сохранение оси Париж–Берлин в качестве ключевого элемента европейской интеграции — взаимный приоритет.
Свою предвыборную кампанию Франсуа Олланд строил на положениях, идущих вразрез с антикризисным курсом главы берлинского кабинета. Конек Ангелы Меркель — так называемый фискальный пакт (Пакт стабильности), принятый 25 странами Евросоюза. Он предусматривает строгую бюджетную дисциплину и включение в национальные законодательства специального механизма, ограничивающего возможности увеличения госзадолженности. Не сразу, но его все же поддержал и Николя Саркози.
А вот социалист Олланд считает режим строгой экономии как минимум недостаточным инструментом для преодоления кризиса в еврозоне.
Как полагает известный французский экономист, директор исследовательского института CNRS Эли Коэн, режим экономии усугубил проблемы тех стран, которые и без того находятся на грани рецессии. К тому же европейцы не готовы мириться с той шоковой терапией, которая проводится сейчас в Греции или в Испании.
По словам эксперта, избрание Олланда позволяет выработать иную стратегию — направленную на бюджетную консолидацию и одновременно стимулирующую экономический рост.
Представление о ней дает антикризисная программа, разработанная оппозиционными немецкими социал-демократами совместно с французскими социалистами. Ее главная идея — дополнить фискальный пакт мерами по содействию экономическому росту. Это, например, программа по сокращению безработицы среди молодежи, инвестиции в развитие европейской инфраструктуры в сфере энергетики, транспорта и информационных технологий, повышение капитализации Европейского инвестиционного банка, перепрограммирование имеющихся в ЕС фондов структурного развития. Понятное дело, полагает Фабио Либерти, что Меркель не в восторге от того, что французские социалисты разработали эту экономическую программу не с ее родной ХДС, а с ее политическими оппонентами.
— Думаю, что не позднее конца июня мы все же сумеем договориться о совместном германо-французском подходе в Европе, — полагает управделами фракции ХДС/ХСС в бундестаге Петер Альтмайер.
Он считает, что у Меркель и Олланда в течение ближайших двух-трех недель будет много возможностей для обмена мнениями — это саммиты G8 и НАТО в США, неформальная встреча лидеров ЕС в Брюсселе. Но реального прорыва, по его мнению, следует ожидать только после парламентских выборов во Франции (пройдут 10 и 17 июня). В ведомстве федерального канцлера понимают, что до их завершения Олланд не сможет скорректировать свои предвыборные подходы и обещания, с помощью которых он завоевал Елисейский дворец. А вот потом он займется реальной политикой и, возможно, станет сговорчивее.
