КХЛ должна защитить сборную от допинга
Об этом сообщил заместитель министра спорта Юрий Нагорных, комментируя ситуацию с хоккейной сборной России, два кандидата в которую — Антон Белов («Авангард») и Максим Рыбин (СКА) — получили положительные результаты проб.
— Игроки сборных команд должны быть защищены от допинга, — заявил Нагорных. — Министерство может лишь усиливать контроль. Спортсмены, попадающие в расширенные списки всех сборных страны, автоматически попадают в российский пул спортсменов, которые могут быть проверены на допинг в любое время. Но мы хотим, чтобы владельцы клубов КХЛ сами проводили большую работу. Ставя перед своим персоналом задачи, они должны понимать: не все средства достижения этих задач можно использовать.
Какую именно работу должны проводить владельцы клубов КХЛ, министерство объяснит на специальной встрече, которая состоится 23 мая. Пресса на это совещание, отметил чиновник, допущена не будет.
Генеральный менеджер СКА Алексей Касатонов пока не представляет, как хоккейный клуб может усилить защиту от допинга.
— Всем понятно, что допинг — самое плохое, что есть в спорте, — говорит «Известиям» Касатонов. — Клуб информирует игроков о том, что можно и что нельзя. Доктора в курсе изменений в списках запрещенных веществ, посещают специальные семинары. Игроки — взрослые люди. Они знают о том, что будут наказаны в случае нарушений. Знают, что обо всех принимаемых лекарствах или добавках надо советоваться с доктором. Что еще можно сделать в клубе? Послушаем рекомендации Юрия Дмитриевича (Нагорного. — «Известия») и сделаем все возможное. По итогам слушания дела Рыбина проведем внутреннее расследование.
В национальном антидопинговом агентстве РУСАДА признают, что хоккейные руководители и так с допингом воюют активно.
— КХЛ — лидер по антидопинговой работе в мире командных видов спорта, — заявил «Известиям» исполнительный директор РУСАДА Никита Камаев. — Лигой разработана системная программа «Чистый лед». У нее есть договор с нами. Пробы берутся на уровне главных и молодежных команд. Все это делается с согласия клубов лиги и на их деньги.
Тот факт, что кандидаты в сборную Рыбин и Белов не были «засечены» антидопинговым контролем, установленным над всеми кандидатами и членами сборной, по мнению Нагорных, позволяет предположить, что в обоих случаях запрещенное вещество попало в организм спортсменов не в результате системных действий, а, скорее, случайно: из-за недостаточной информации о точном составе использованных пищевых добавок. Сокращению числа таких случаев, считает заместитель министра, должно способствовать усиление ответственности «персонала спортсменов» — врачей, тренеров и других специалистов, которые способствовали нарушению спортсменом антидопинговых правил.
— В Кодексе об административных правонарушениях уже сделаны соответствующие изменения, — отметил Юрий Нагорных. — Виновных могут наказывать денежными штрафами, отстранять от определенных видов профессиональной деятельности. Пока таких случаев очень мало, потому что спортсмены, как правило, сами на себя берут ответственность, но, уверен, их число будет расти.
Случаи Белова и Рыбина должны привести еще к одному изменению. Российские антидопинговые правила в игровых видах спорта будут ужесточены. Раньше спортсмены, у которых обнаруживали запрещенные субстанции определенного класса, могли продолжать выступать в соревнованиях до окончательного решения по их делу, если Российское антидопинговое агентство не принимало особого решения отстранить спортсмена (как это было в случае с Беловым, которого отстранили в связи с высокой значимостью соревнования). Максим Рыбин, например, отправленный из сборной со Шведских хоккейных игр в связи с допинговым подозрением, в КХЛ играть продолжил.
— Нынешняя редакция антидопинговых правил для командных видов спорта не учитывает специфику некоторых игровых видов, — считает Юрий Нагорных. — За время, которое проходит с момента взятия пробы до принятия окончательного решения, спортсмены успевают сыграть очень много матчей. Неправильно, что в них может принимать участие игрок, который в последствии может быть дисквалифицирован.
Никита Камаев, отметил, что в деле введения предлагаемых Минспорттуризма изменений не все зависит от желания российских спортивных функционеров, поскольку все новации нужно согласовать со Всемирным антидопинговым агентством и региональной антидопинговой организацией. Сроки и результат согласования предсказать до начала официальных процедур Камаев не взялся.
— Сама процедура «не отстранения» спортсмена на период предварительного расследования существует не случайно, — говорит исполнительный директор, — а как элемент защиты интересов спортсмена. Ею пользуются все страны, она прописана во Всемирном антидопинговом кодексе. Конечно, с точки зрения формального процесса проще иметь единый стандарт, чтоб не было самой возможности двойного толкования.
Слушания по делу о предполагаемом нарушении антидопинговых правил одним из «виновников» торжества — Максимом Рыбиным — состоятся 3 мая.
