По ком гремел «прист»
Тур Epitaph неизменных лидеров «новой волны британского хеви-метал» обречен на успех. Фанатские сайты обсуждают любые перестановки в составе этой команды с не меньшим рвением, чем рокировки в составах команд футбольных. Это и понятно. Несмотря на всю свою, мягко говоря, неактуальность, хеви-метал — один из самых зрелищных жанров, а популярность его в России в свое время была столь высока, что для полного его исчезновения должны смениться поколения.
К Judas Priest в России отношение особое. Они наряду с AC/DC, Iron Maiden, Saxon, ACCEPT, Motorhead и, конечно же, KISS, находились в 80-е годы прошлого века в любимцах у тех, кто в свои нынешние «от 40 до 50» пристрастий не меняют.
Как ни крути, но фронтмен Judas Priest Роб Хэлфорд всегда был в группе главной фигурой и одним из главных голосов стиля. Лушие альбомы группы записаны именно с Хэлфордом, и он, пожалуй, единственный в этом жанре певец-гей, которому брутальные почитатели готовы простить такое безобразие.
В начале десятого вечера около входа в Stadium Live не оставалось никого, кроме скучающих перекупщиков билетов и ничего, кроме батареи пустой стеклотары, оставшейся после теплой подготовки к историческому событию.
На сцене грохотала, звенела, поднимала в небеса и бросала в бездну забитый под завязку многотысячный зал группа Judas Priest. Они начали с песни Rapid Fire, сразу после нее расставив приоритеты темой Metal Gods. Бодро сообщили, что «Priest вернулся!» и поддали газа на Judas Rising, параллельно поражая убедительной демонстрацией концертной пиротехники и декораций.
Сила музыкантов Judas Priest — в надежной, как британская сталь (кстати, название British Steel носит и один из лучших альбомов группы), уверенности в себе. Зал Stadium Live, мягко говоря, спорный с точки зрения акутики, «присты» нашпиговали привезенным на нескольких трейлерах отменнейшим звуком и светом. Превратив его не только в «самую большую», но и еще и великолепно звучащую площадку.
Judas Priest если и хитрят, заявляя, что это их последний тур и строя сет по принципу обзорной экскурсии, то делают это грамотно. Наверное, можно было уделить чуть больше внимания великолепной пластинке Defenders Of The Faith, но в остальном придраться не к чему. 24 песни зал встречал добродушным первобытным ревом, какой и положен на подобном собрании.
Представлены были все этапы трудовой вахты коллектива, кроме того, когда в Judas Priest на полной ставке трудился вокалист Тим Оуэнс. Starbreaker, Victim Of Changes — с первого, любимого всей частью «металлизированного» человечества альбома Rocka Rolla 1974 года. Пронзительные каверы Diamonds And Rust Джоан Баэз и The Green Manalishi группы Fleetwood Mac. Night Crawler с пластинки Peinkliller 1980 года производства и, конечно же, Turbo Lover, когда-то считавшаяся очень попсовой.
60-летний Роб Хэлфорд блистал шипами и поражал: кожаные плащи, джинсовки, героические позы и резкие движения, вокализы и настоящий контакт с залом. Не одна слеза пролилась, когда он произнес: «1980 был золотой эпохой. Именно тогда взошли Judas Priest, Iron Maiden, Motorhead, Saxon, Scorpions, Whitesnake. Все эти группы подарили миру много замечательной музыки».
И — караоке под одну из самых важных песен в творчестве Judas Priest, наповторимую Breaking The Law. Караоке, потому что всю песню зал спел без участия Хелфорда. Явно растроганный, он присоединился к хору только в финале.
Интро из The Hellion перешло в Electric Eye и коронный номер — выезд Хэлфорда на сцену на хромированном байке и исполнение Hell Bent For Leather. Целовние накинутого на плечи российского флага - You've Got Another Thing Comin, и финал — Living After Midnight. Поклон «ветеранов» Роба Хэлфорда, басиста Иэна Хилла, гитариста Гленна Типтона, работника с чуть меньшим стажем — барабанщика Скотта Трэвиса и молодого специалиста — гитариста Ричи Фолкнера — подвел финальную черту смены.
Время в «тяжелой» музыке, впрочем, как в любой другой, бежит быстро. Еще позавчера эти стоявшие плечом к плечу на концерте «металлисты» доказывали родителям, учителям и милиции, что их любимая музыка имеет право на существование. Вчера радовались возможности случшать ее на официально продающихся пластинках и CD. Сегодня они уже с трудом смогут объяснить собственным детям, что эта лихая, грозная, мелодичная, но такая наивная «тяжесть» куда круче Rammstain или Мэрилина Мэнсона.
