Голодовка в самом соку
Главная официальная новость четверга в Астрахани — проведение конкурса на озеленение города. Клумбы, газоны, цветочки. На местных новостных лентах нет ни слова о том, что с утра до полудня несколько полицейских кордонов оцепили весь центр города и не пускали в свои дома даже тех, кто прописан в зоне оцепления. Усиление совсем не случайно, предупредили «Известия» полицейские, по оперативной информации, над «икорной столицей» России внезапно нависла «террористическая угроза».
— Журналисты всякие понаехали, те, кто «косит» под журналистов, сами понимаете, а кто они на самом деле — бог его знает, — поясняет голубоглазый подполковник. Его подчиненные в это время уже в десятый раз говорят высокому пожилому «инженеру с нищенской зарплатой», почему ему нельзя пройти к дому.
—Не положено! Приказ! — как зомби, повторяют они. И наконец, будто нехотя сдаваясь, разъясняют. — Митинг там несанкционированный!
«Несанкционированный митинг» больше походил на деревенскую сходку, куда пришли в основном пенсионеры. Они все шли за Олегом Шеиным, главным астраханским «эсером», который лишь сегодня, на 28-й день голодовки, выпил стакан апельсинового сока, чтобы «не умереть», как написал депутат Дмитрий Гудков в своем Twitter. Шли они в сторону областной думы, где в четверг несколько часов на рабочем заседании обсуждали итоги выборов на пост мэра Астрахани.
Пока представители прокуратуры и полиции держали ответ перед депутатами, сторонники Шеина в окружении омоновцев в шлемах и с дубинками наперевес кричали в мегафон, что хватит их «держать за идиотов!».
75-летний Григорий Оганесян, беспартийный, по его словам, но сочувствующий Шеину с белой ленточкой на лацкане пиджака и значком «Хватит воровать и врать!» говорит, что тоже собирался голодать против массовых фальсификаций на прошедших выборах, но резко упал сахар, и врач ему категорически запретил.
65-летняя Галина Хабибулаева продержалась без еды три дня и сошла с дистанции по настоянию врача.
— Я бывшая учительница, всегда была аполитичной, — рассказывает она. — Но жизнь становится только хуже, и я поняла, что больше нельзя быть в стороне. На этих выборах я была наблюдателем от «Справедливой России» с правом решающего голоса на участке № 433 и после того, что там творилось во время подсчета голосов, тоже решилась на голодовку. Протоколы нам не показывали, нескольких наблюдателей вывели с полицией, бюллетени на камеру снимать не давали, меня даже за это по рукам ударили.
— Но вы подписали итоговый протокол? — строго спрашивает ее Григорий Оганесян.
— Да, все подписали, и я подписала! — оправдывается Хабибулаева. — Я была в таком шоке от увиденного, люди кругом плакали, а я пенсионерка и наблюдателем была в первый раз! Что мне было делать? Я хотела бы взять итоговый протокол.
Рамазан Ишангалиев, голодающий с 7 апреля, подробно рассказывает, как недавно сам ходил в местную власть.
— У нас на все село Степановское 106 жителей. Я шел на выборах на главу поселка. Так вот, проголосовало в итоге после пересчета бюллетеней... 511 человек! Победила дама от ЕР, — вспоминает он.
Ишангалиев опротестовал в суде результаты выборов, их признали недействительными, областной суд оставил решение в силе. Теперь он готовится к новым выборам.
— Вранье надоело, понимаете! Хочется, чтобы людей хоть немножко уважали! — спокойно объясняет он. Поэтому, говорит, и решился на голодовку: «чтобы выборы и в самой Астрахани были честными».
«Позор! Позор!» — дружно скандирует толпа пенсионеров в адрес полицейских. Те в ответ лишь еще плотнее стягивают ряды.
В это время в зале заседаний областной думы заслушивали официальные отчеты, ни один из которых оппозицию не удовлетворил. Областной прокурор Олег Дупак так и не смог пояснить ни коммунистам, ни «эсерам», ни элдэпээровцам, почему на все их запросы о нарушениях на выборах они не получили ответа по существу, а лишь отписки.
— По закону на ответ дается месяц, ждите! — парировал прокурор.
Беспартийный депутат Яков Винокуров, вице-спикер облдумы прошлого созыва, призвал Шеина и компанию «не давить на суд и дать законно избранному мэру Столярову работать спокойно, а то у него душа тоже неспокойна сейчас». Он призвал перенести «арену общероссийской политической борьбы» из тихой провинциальной Астрахани в Москву и «не будоражить население».
Олег Шеин в свою очередь назвал Астрахань «концлагерем, в котором не живут по законам Российской Федерации».
Сергей Миронов предложил провести референдум на тему: доверяют ли астраханцы избранному мэру, но отклика у других депутатов не нашел.
— Пусть сначала суд разберется, кто прав, а кто нет, а потом уже можно и референдум устраивать, если вопросы останутся, — заявил «Известиям» лидер астраханского отделения ЛДПР Владислав Коняев. Он в свою очередь предложил создать депутатскую комиссию, чтобы контролировать суд. Но как это сделать, объяснить толком не смог.
Между тем во время перерыва толпа сторонников Шеина во главе с депутатом Дмитрием Гудковым «поймала» белую иномарку, ехавшую из городской администрации.
— Все слышали, как она «крякала»? — спрашивал Гудков в мегафон.
— Все! Подтверждаем!!! — дружно скандировала толпа.
— Требуем проверить законность установления спецсигнала! — призывал Гудков сотрудников ГИБДД.
Люди на обочине размахивали синими астраханскими флагами и кричали, что закон должен быть один для всех.
Сотрудники ГИБДД и стихийно митингующие быстро пришли к консенсусу, сформировали совместную комиссию по проверке «крякания» и с гордым видом разошлись в разные стороны.
— Скажем спасибо ГИБДД за хорошую работу! — предложил Гудков в мегафон.
— Спасибо! — гаркнула толпа.
Московские оппозиционеры и сочувствующие дружно отправились гулять по Астраханскому кремлю. А заседание в облдуме продолжилось в сильно поредевшем составе.
В начале четвертого появился, как выразилась сотрудница думы, «перл шестого часа заседания»: депутаты предложили наградить бывшего мэра Астрахани, а ныне губернатора Волгоградской области Баженова почетной грамотой за выдающиеся заслуги в развитие Астрахани.
На днях г-н Баженов прославился тем, что съездил в окружении волгоградских чиновников в «рабочую поездку по Италии», которая совпала на Пиренеях с выходными. В зале заседаний поднялся недовольный гул, и принятие решения о награждении экс-мэра решили отложить до следующего раза и в «более спокойной обстановке».
