Счет в пользу наблюдателей
Около 200 тыс. человек по всей России вышли на избирательные участки в качестве наблюдателей. Я провела день на участке 388 в Москве (там в декабре «Единая Россия» получила более 70% голосов) и увидела, что ситуация серьезно изменилась после декабрьских выборов в Госдуму. Члены УИК ведут себя совершенно по-другому. Впрочем, подсчет голосов — самый проблемный этап выборов — закончился уже после подписания номера в печать.
На тренингах для наблюдателей мне понравилась одна новая фраза инструкторов: «Работа наблюдателем — это как игра, а вы как герои, заброшенные в сложную ситуацию, где каждый может стать врагом, но каждый может стать и другом. Вам не нужно ругаться по каждому формальному поводу, не нужно зацикливаться на мелких нарушениях, а нужно концентрироваться на болевых точках».
Все помнят видеоролики в интернете, где что-что вбрасывают, а что-то пресекают, и кажется, что задача наблюдателей — переорать нарушителя. В реальности процесс выглядит по-другому. Все сложнее, это психологическое соревнование. Ты просто сидишь в этом помещении для голосования, сидишь и смотришь. Засечь, а тем более пресечь нарушение крайне сложно. Тем более что происходят они не так уж и часто и большая часть из них — от незнания членами УИК точной последовательности действий.
Играть за команду наблюдателей стало на этих выборах гораздо легче. Члены избирательных комиссий не использовали запрещенных методов, то есть не орали при любом моем перемещении по участку и корректно отвечали на вопросы. Да и команда наблюдателей усилилась: раза три на моем участке вдруг появлялись знакомые и незнакомые люди, с едой, с зарядкой для телефона, просто с добрым словом. Они узнавали о тебе через социальные сети и приходили помочь. Но терять бдительность было нельзя.
С утра наблюдателям сообщили, что на наш участок поступило более 100 заявлений с просьбой проголосовать на дому. После того, как на участках установили веб-камеры, все ждали нарушения именно при выездном голосовании. Я сразу сказала, что поеду. Председатель подготовил команду, выдал около 30 бюллетеней. Я уже надевала пальто, чтобы выйти с участка, но что-то меня остановило: на столе у председателя лежало еще около 100 заявлений. «Я, пожалуй, поеду, со следующей группой», — объявила я. Председатель был обескуражен, пытался убедить меня поехать с первой партией, а когда это сделать не получилось, ушел кому-то звонить.
Вернувшись, он сказал, что голосующих на дому будет гораздо меньше, потому что все списки составляла социальная служба, которая поголовно записала своих подшефных стариков. Началась тщательная сверка всех списков, и в итоге первоначальный список для голосования на дому ужался до 50 человек. Это было, пожалуй, наше единственное серьезное столкновение с председателем УИК. В основном день прошел спокойно, и сложилось ощущение, что на участке 388 счет был в пользу наблюдателей. Но окончательные выводы можно будет делать, когда на руки мы получим копии протоколов УИК и сможем сверить наши цифры с официальными данными ЦИК.
