Иранцы проголосовали против Ахмадинежада
Первые официальные результаты подсчета голосов на выборах в Исламский консультативный совет — парламент Ирана, называемый также Меджлисом, станут известны только в понедельник утром. Однако уже сейчас очевидно, что сторонники действующего президента страны Махмуда Ахмадинежада потерпели поражение.
На момент подписания номера подсчитано 90% бюллетеней. По неофициальным данным, около 75% мандатов в 290-местном Меджлисе займут представители оппозиции. Достоверно известны результаты по Тегерану: из 30 мест, которые отводятся в парламенте столичному округу, 19 занимает оппозиция. При этом следует помнить, что в столице популярность Махмуда Ахмадинежада — бывшего мэра Тегерана — выше, чем в целом по стране.
Пропрезидентских кандидатов теснит «Объединенный блок консерваторов», возглавляемый бывшим спикером Меджлиса Али Лариджани и мэром Тегерана Бахером Калибафом.
Однако истинным лидером консерваторов является духовный лидер Ирана — Высший руководитель (рахбар) аятолла Али Хаменеи. Блок объединенных консерваторов вместе с собственной партией аятоллы — «Фронтом продолжения исламской революции» — может занять до двух третей из 290 мест в Меджлисе, отодвинув пропрезидентский «Союз строителей исламского Ирана» («Абадарган») в глухую оппозицию.
«Парламентские выборы превратились фактически в референдум о доверии Махмуду Ахмадинежаду, — заметила «Известиям» по телефону из Тегерана представитель штаба «Объединенного блока консерваторов» Майрам Хатиби. — Приходится признать, что президент его проиграл». Характерной деталью Хатиби назвала проигрыш младшей сестры Ахмадинежада Парвин, баллотировавшейся в Меджлис от родного города президента Гармсара. По мнению иранской оппозиционерки, «этим шагом сограждане ясно дали понять Ахмадинежаду, что и ему пора уходить».
Махмуд Ахмадинежад дорабатывает свой второй и последний срок на посту президента Ирана: конституция страны запрещает одному лицу занимать высшую должность более двух сроков подряд. Эта норма позволяет избегать конфликтов между светской и духовной властями страны и препятствует возможным попыткам президента оспорить власть рахбара, избираемого пожизненно, и преобразовать Иран из теократии в светскую республику.
Последнюю попытку подобного рода предпринимал предшественник Ахмадинежада на президентском посту, Мохаммад Хаттами. Вступив в должность в 1997 году и переизбравшись в 2001-м, он провозгласил «курс на терпимое отношение к культуре», что означало постепенное сближение с Западом. Рахбар Хаменеи, взяв в союзники тогдашнего мэра Тегерана Махмуда Ахмадинежада, сумел лишить Хаттами большинства в Меджлисе и в 2005 году бескровно отстранить его от власти.
«Формы демократии, принятые в Иране, могут нравиться или не нравиться, — заметил «Известиям» президент московского Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, — однако приходится признать, что со своей главной задачей — обеспечением сменяемости властей — иранская демократия справляется успешно».
По мнению эксперта, обострение обстановки вокруг Ирана в последние месяцы, постоянно подогреваемое демаршами Махмуда Ахмадинежада, было в значительной степени продиктовано стремлением президента разогреть ситуацию до такой степени, которая позволила бы поставить вопрос о переносе или даже отмене президентских выборов 2013 года.
Однако высшее иранское духовенство и тесно связанные с ним нефтепромышленные круги отнюдь не заинтересованы в перерастании конфликта с западными странами в открытую фазу. Эмбарго, объявленное в конце января Евросоюзом на поставки нефти из Ирана, уже серьезно ударило по местным экспортерам. Расчеты Тегерана на то, что предназначавшуюся для Европы нефть купят Индия и Китай, не оправдались: в Пекине и Дели дали понять, что подождут, пока иранцы под давлением европейских санкций сбавят цены.
Фигура Махмуда Ахмадинежада стала слишком неприемлемой для верховных властей Ирана. Президенту дали понять, что пора уходить — причем сделано это было с соблюдением всех демократических процедур.
