«В политических коалициях в Госдуме нет необходимости» | Статьи

— Более двух месяцев прошло с того момента, как вы вступили на пост спикера Госдумы. Как за это время поменялось ваше представление о Госдуме, о депутатах?

— Законотворческую сферу я неплохо знаю по работе и в правительстве, и в администрации президента. Но, конечно, статус депутата Государственной думы у меня впервые. Несколько месяцев назад я задавал себе вопрос, органична ли будет для меня депутатская работа? Теперь я себе таких вопросов не задаю. В этом качестве чувствую себя вполне комфортно.

При этом я в полной мере осознаю, что на спикере парламента лежит особая ответственность, ведь приходится работать с депутатами, представляющими разные политические партии. Они отражают интересы и пожелания своих избирателей, и задача спикера — создать условия для работы каждого депутата, для исполнения им своих обязанностей и полномочий. А также для достижения согласия по тем законопроектам, которые рассматривает Государственная дума.

— Вносили изменения в обстановку рабочего кабинета? Не хуже, чем в администрации президента?

— Кабинет тот же, что и был у спикеров 5, 10, а может, и 15 лет назад. Меня он сейчас устраивает. Вообще, бытовые условия не так важны, они для меня не имеют существенного значения.

— В отличие от спикера двух прошлых созывов вы занимаете этот пост, будучи беспартийным. О вступлении в «Единую Россию» не думали?

— Я избирался от Ленинградской области по спискам «Единой России», коллеги по фракции выдвигали мою кандидатуру на пост спикера. Но, действительно, у меня нет партбилета. На мой взгляд, партийность председателя Государственной думы не является определяющим фактором для работы. Как я уже сказал, главная задача — создать условия для скоординированной работы всех думских фракций, учесть интересы не только партии большинства, но и оппозиции.

— Межпартийный диалог на заседаниях иногда переходит в настоящие баталии, и вы нередко вынуждены прерывать депутатов. На ваш взгляд, необходимы ли дополнительные меры контроля за поведением депутатов? Что вы понимаете под депутатской этикой?

— Прежде всего — цивилизованное поведение, присущее каждому воспитанному человеку. Депутаты должны соблюдать общепризнанные моральные нормы, не говоря уже о том, что для работы в зале заседаний необходимо обладать и тактом, и выдержкой, и умением слышать друг друга.

Этика ради этики — не мой лозунг. Между тем я считаю, что повышенные этические требования становятся почти профессиональным критерием для каждого, кто постоянно сталкивается в работе с альтернативной точкой зрения и должен уважать ее.

Наконец, мы не вправе забывать, что избраны народом России. И как депутат считал бы самым безнравственным для себя пренебрежение интересами граждан, невнимание к их позиции, расхождение между словом и делом. Поэтому, на мой взгляд, эффективно выполнять свои обязанности могут лишь те парламентарии, для кого этика не является пустым звуком.

— То, как сейчас проходят заседания, как ведут себя на них депутаты, соответствует нормам депутатской этики? Вы бы хотели что-либо изменить?

— Отдельные чрезмерные всплески эмоций бывают, но это издержки. В целом идет нормальный законотворческий процесс.

Большинство моих коллег имеют богатый опыт парламентской деятельности. При этом многие депутаты активно работают в зале, задают острые вопросы по докладам, отстаивают свою точку зрения, выдвигают дополнительные предложения по постановлениям, законопроектам. Так что парламент работоспособен и, думаю, будет эффективно выполнять свои задачи.

— Какие политические коалиции возможны в нынешней Думе, и есть ли в них необходимость?

— С формально-юридической точки зрения в них нет необходимости, потому что в парламенте есть партия большинства. При этом временные, тактические коалиции возможны и, наверное, даже желательны при разработке отдельных законопроектов и голосовании по ним. Я как председатель Государственной думы вижу одну из своих задач как раз в том, чтобы помогать в нахождении консенсуса, особенно по принципиальным вопросам.

— Например?

— Например, при голосовании по постановлению Государственной думы о результатах парламентских выборов. Оно было принято по итогам «правительственного часа» с участием главы Центризбиркома Владимира Чурова и руководителей целого ряда федеральных ведомств.

— Нынешние протестные акции, по статистике правоохранительных органов, с каждым разом собирают все большее число участников. Вас этот факт не пугает? Ведь протестная активность «заразила» и часть депутатов.

— Сам по себе рост политической активности в предвыборный период — это нормальное и естественное явление для любого демократического государства. Конечно, активизируются и депутаты в законодательных органах власти любого уровня, особенно те, кто непосредственно участвуют в избирательной кампании. В данном случае — в качестве кандидатов в президенты. Как вы знаете, таковыми являются трое руководителей фракций в Государственной думе.

Другое дело, что существует огромная разница между лозунговой демократией и реальным законотворческим процессом, задача которого — решение самых актуальных проблем.

Что касается митингов и демонстраций, то они, как известно, есть способ выражения недовольства либо, наоборот, поддержки. Однако после того, как лозунги озвучены, резолюции приняты и все разошлись, работа по реализации общественных требований должна переходить в парламент. Это, считаю, принципиальный момент. И Государственная дума сегодня готова работать со всеми, кто способен предложить решения самых острых вопросов в действующих конституционных рамках. А это уже серьезная работа, и далеко не каждый участник уличных шествий готов ею заниматься.

— Как вы думаете, почему все три кандидата в президенты, которые являются депутатами, эти митинги посещают, тем самым поддерживая протестную активность?

— Каждый из наших уважаемых кандидатов — это яркая фигура в политике. Они возглавляют крупные парламентские партии. И нет ничего удивительного в том, что они сами участвуют в различных митингах или даже выступают их организаторами. Здесь и выражение позиции возглавляемых ими партий, и часть их предвыборной кампании.

— На ваш взгляд, процедура декларирования доходов чиновников дает тот результат, который от нее ожидался?

— Контроль за доходами — это лишь одно из направлений борьбы с коррупцией. Какой-либо одной, даже самой жесткой мерой проблемы не решить. При этом я убежден, что сам факт декларирования госслужащими своих доходов и публичность этой информации имеют очень важное значение.

Надо ясно понимать, что коррупция — это системная угроза. Она разъедает государственный аппарат, подрывает экономическую конкуренцию и доверие к законам. И, как следствие, снижает эффективность их исполнения.

На сегодняшний день в России антикоррупционная правовая база в целом сформирована. Мы продолжаем работать в этом направлении и в Государственной думе шестого созыва. Так, уже ратифицирована Конвенция по борьбе с подкупом иностранных должностных лиц при осуществлении международных коммерческих сделок.

— На ваш взгляд, сильно изменятся президентские законопроекты по либерализации политической системы в их окончательном варианте?

— Думаю, что депутаты поддержат концепцию этих законопроектов и примут их в первом чтении на заседании палаты 28 февраля.

Ко второму чтению наверняка будет предложено немало поправок. Уже сейчас мы видим, что разные фракции высказывают разные мнения по поводу политической реформы. Будем обсуждать.

Важную роль должна сыграть и совместная работа с непарламентскими партиями. Мы приглашаем их 28 февраля на пленарное заседание Государственной думы.

Напомню, что вслед за тремя законопроектами президент внес еще один, очень важный — о выборах депутатов Государственной думы.

Предлагается в целом сохранить пропорциональную систему выборов в Государственную думу, но существенно модернизировать ее. В частности, проводить выборы по 225 территориальным единицам, упростить процедуру регистрации списков, внедрить целый ряд других новаций.

Я считаю, что этот закон создаст новые возможности для развития конкуренции, не только межпартийной, но и внутрипартийной, повышая тем самым качество политического процесса.

Работа над законопроектом уже началась. Сразу же после внесения я направил его в профильный комитет Государственной думы.