При прочих равных у русского в Латвии перспектив бывает даже больше, чем у латыша
Предстоящий референдум о придании в Латвии русскому языку статуса государственного взбудоражил и жителей, и правящую элиту страны. Не проходит и дня, чтобы кто-то из политиков не высказался на этот счет, причем оценки разнятся в диапазоне от призывов бороться за родной язык любой ценой до рассуждений о том, что введение второго языка подорвет основы государства.
И то, и другое не идет во благо государству, жители которого до недавнего времени мирно уживались друг с другом, общаясь в реальной жизни и на латышском, и на русском языках. Каждый россиянин, побывавший в Латвии, знает, что русским отлично владеет подавляющее большинство жителей страны и на нем можно общаться всюду, не испытывая практически никакого дискомфорта.
Но недавняя инициатива известного в России «экс-лимоновца» Владимира Линдермана о введении русского языка в Латвии как второго государственного подняла давно улегшуюся, казалось, волну националистических настроений с обеих сторон. Сам Линдерман в недавно записанном видеообращении к латышам назвал непризнание второго государственного языка «крестовым походом против русского». Один из наиболее ярких его оппонентов — лидер национального объединения «Все для Латвии!» Райвис Дзинтарс не уступает в красноречии, призывая защитить «независимость Латвии и честь предков», проголосовав на референдуме против. Оригинально среагировала на происходящее и бывший министр культуры страны Сармите Элерте, незамедлительно призвав каждого латыша «интегрировать по крайней мере одного русского».
При оценке пропорции «русских» и «латышских» граждан Латвии становится очевидно, что позитивный исход референдума был бы просто чудом. Кому референдум однозначно на руку, так это радикальным политикам с обеих сторон, которые сегодня успешно зарабатывают очки среди своих будущих избирателей и пытаются разделить электорат по языковому признаку.
Референдум затеян в то время, когда страна находится в непростой экономической ситуации. Все предыдущие годы серьезно секвестировался государственный бюджет, что сказалось на социальной сфере. Политическая возня вокруг референдума сейчас отвлекает население от этих проблем. Но здоровая часть элит — и русской, и латышской — сознает: экономический рост страны возможен только на основе какой-то договоренности. И главный вопрос сегодня — не что произойдет на референдуме 18 февраля, а что будет после этой даты, когда придется консолидировать усилия общества для решения задач экономического характера.
На мой взгляд, на вопрос референдума о втором государственном языке следует посмотреть несколько шире. В соседних балтийских странах он давно решен: в Эстонии в достаточно жесткой форме, используя перевес абсолютного большинства коренного населения в парламенте; в Литве сделали еще проще и закрыли вопрос путем очень простого решения о присвоении гражданства жителям всех национальностей еще на первых этапах создания государства.
В Латвии же остался целый пласт проблем, появившихся из-за многолетнего нежелания радикально их решить и призвать всех жителей разных национальностей строить новую Латвию. А закамуфлированный отказ в сотрудничестве с русскоязычным населением и ограничения и препоны при получении гражданства переросли в более глубокую проблему, которую теперь разрешить будет очень тяжело.
Я считаю, что в наличии второго государственного языка в Латвии нет необходимости. В любой стране главным языком всегда является тот, на котором ведутся делопроизводство и официальная переписка в государственных учреждениях. В Латвии это латышский, и необходимости дублировать все это на второй язык я не вижу.
Другое дело, что, когда в стране используются два (или более) языка, должны быть созданы условия для комфортного сосуществования людей, говорящих на них. Это вполне возможно, и таких примеров в мире немало. Можно вспомнить и Сингапур, и Индию, и даже США и Канаду, где на практике используются разные языки, на это нет никаких запретов, и никому это не мешает жить и работать.
Если правильно построить в Латвии систему образования в школах и вузах, то следующие поколения будут знать латышский язык практически без исключений. В то же время нужно избегать крайностей вроде абсурдных требований о разных размерах шрифта на латышском и русском языках в рекламе и тому подобного. Вместо этого следовало бы создавать условия для комфортного сосуществования двух языков и общения людей.
Сегодня, кстати, все больше латышских детей выбирают в школах в качестве второго языка для изучения именно русский, поскольку поколение новой латышской молодежи из семей, сделавших ставку исключительно на латышский, испытывает трудности на рынке труда. Как правило, работодатели отказываются брать на работу тех, кто напрочь не владеет русским. Обратное же встречается уже значительно реже. Так что сейчас при прочих равных у русского в Латвии перспектив бывает даже больше, чем у латыша.
Автор — член совета Rietumu Banka
