Про Муму, вертикаль и Почесалово
Митинговая морозная февральская суббота завершилась в Москве душевным вечером в концертном зале «Мир» с участием прославленного барда Юлия Кима, лидера «Несчастного случая» Алексея Кортнева, пианиста и дирижера Михаила Аркадьева и не играющего ни на каких инструментах, не поющего, но не менее убедительного сатирика-публициста Виктора Шендеровича.
Благотворительный концерт (уже далеко не первый) «в поддержку невинно осужденных и узников совести» инициировали несколько известных российских правозащитных организаций, включая Московскую Хельсинкскую группу и центр «Мемориал».
В фойе «Мира» на многочисленных зрителей (в зале был почти аншлаг) с больших фотографий смотрели Михаил Ходорковский, Платон Лебедев, активистка «Другой России» Таисия Осипова и еще более десятка «сидельцев».
— Каждый, купивший билет, принесет реальную помощь людям, которые по политическим мотивам беззаконно осуждены неправедным российским судом, — подчеркивалось в афише концерта.
— Сегодня в какой-то степени знаковый день, — открыл вечер Алексей Кортнев, певший, к слову, на предыдущем оппозиционном московском митинге в декабре на проспекте Сахарова. Там он исполнил самую злободневную и беспросветную песню «Шла Саша по шоссе» из последнего альбома «НС» — «Слезы мужчин». Эту вещь наиболее активно просили и собравшиеся в «Мире». До нее, конечно, дошло. Но ближе к антракту.
Начал же Леша с саги про «Муму», не менее актуальной и афористичной, чем «Саша». «Не зарекайтесь, люди, от чумы, сумы, тюрьмы и участи Мумы», — порекомендовал Кортнев и перешел к «Мурке» (зэкам все-таки акция посвящалась). Зэки, впрочем, отнюдь не криминальные и аутентичные имелись в виду. Поэтому и «Мурка» прозвучала на английском языке.
Центровой «Несчастного случая» вполне комфортно чувствовал себя в бардовском амплуа. И без группы ему удавалось сохранять налет рок-н-ролльности и студенческого ерничества.
Алексей вспомнил о «старике Джонни Уокере», акапельно спел про «атамана на курятнике» и элегантно передал эстафету Киму, исполнив философскую «Прощальную песню» («Давайте негромко, давайте вполголоса…») Юлия Черсановича из «Обыкновенного чуда».
Однако Ким появился не сразу. Прежде Михаил Аркадьев, ученик Шнитке, доктор искусствоведения, недавно уволенный с поста главного дирижера Тихоокеанского симфонического оркестра за свои принципиальные политические высказывания, страстно сыграл на рояле легендарное произведение другого своего учителя Георгия Свиридова — «Время, вперед!».
Следом Виктор Шендерович прочел фрагмент своего популярного эпоса о Почесалове и почесаловцах, и за всеобщим смехом на сцену вышел годами не меняющийся Ким. Менестрель-диссидент, чьи песни звучат более чем в полусотне знаменитых советских фильмов, вспомнил и о Праге-68, и о жуткой 58-й статье сталинского УК, и об адвокате-правозащитнике Борисе Золотухине…
Размышления Ким перемежал пением, в том числе «про нашу вертикаль», которую он хотел бы «увидеть в Лефортово». Главные же овации поэт сорвал за фразу «в третий раз мы ему не дадим».
