Александра Пахмутова показала зачарованную даль
В Большом зале Московской консерватории состоялся авторский вечер Александры Пахмутовой.
Антураж этого бенефиса в отреставрированном БЗК частично соответствовал традициям 1970-х, когда песни Александры Николаевны определяли дух отечественной эстрады. Даже телекамеры в фойе и зале казались какими-то громоздкими, словно их извлекли из закромов ТВ давно минувших лет.
В публике тоже улавливался некий консерватизм и стилистическая ортодоксальность. А почетные гости, занимавшие первые ряды партера и ложи, как будто поднялись из-за столиков «Голубых огоньков» брежневской поры. Евгений Примаков, Валентина Терешкова и другие, как тогда говорилось, «официальные лица». Сердечно встречал дорогих знакомых муж и соавтор Пахмутовой — поэт Николай Добронравов.
На сцене симфонический оркестр Министерства обороны РФ, государственный академический русский хор им. Свешникова, камерный хор Московской консерватории… Народу столько, что для черного рояля 82-летней миниатюрной орденоносной героини вечера едва хватало места.
Духовой же группе военных оркестрантов порой приходилось выстраиваться шеренгами по флангам зала, вдоль зрительских кресел. Выглядело все эпично и монументально. И Святослав Бэлза в концертном смокинге конферировал почти как Светлана Моргунова лет этак 30 назад, скажем, в Колонном зале.
Прежде чем зазвучала увертюра «Юность», написанная Пахмутовой в 1957-м, сразу по окончании аспирантуры, ведущий успел подчеркнуть символическую значимость данного концерта и статус маэстро.
Оказалось, что Александра Николаевна 60 лет спустя пришла на свидание со своей альма матер. Именно в этом зале исполнялась ее дипломная работа 1952 года — «Русская сюита». Теперь она следовала по своим сочинительским вехам: от ранних инструментальных опусов и хоровых произведений к знаменитым эстрадным шлягерам и композициям. Вплоть до премьерной темы «Зачарованная даль», датированной 2012 годом.
Сам этот факт должен был вызвать у зрителей не меньшее благоговение, чем напоминание Святослава Игоревича о том, что президент Медведев «недавно» (в 2009-м. — «Известия») наградил Александру Николаевну орденом «За заслуги перед Отечеством I степени».
Расчет оправдался. И по поводу президентского респекта громко похлопали и, разумеется, «Зачарованную даль» (песню довольно архаичную, на мой взгляд, и приторную) в исполнении солиста Сергея Радченко встретили столь желанным для телесъемки восторгом, что ее тут же сыграли на «бис».
В консерватории Пахмутова постаралась указать на широту своих композиторских интересов и несколько смягчить их эстрадную доминанту. Поэтому в программу вошел и Концерт для трубы с оркестром, и «фолковая» вариация «Ой, купало» на есенинские стихи, и фрагмент сюиты «Битва за Москву», и «Благовест» для ансамбля звонарей. Но все-таки основные симпатии аудитории достались пахмутовской киномузыке и давним хитам.
Концерт каким-то образом обошелся без «Надежды» и певца Юлиана с «Русским вальсом» (эту тему исполнил Александр Николаев), но зато «Как молоды мы были» в оригинальной трактовке Александра Градского собравшиеся получили.
Автор рок-оперы «Мастер и Маргарита» давно уже подходит к самому известному номеру в собственном репертуаре, мягко говоря, неоднозначно. И в консерватории Александр Борисович про отыгранный «первый тайм» тоже пел как-то... с перепадами. Однако сие ничуть не смутило слушателей. Градскому аплодировали так же, как Пахмутовой и Кобзону.
Последний, разумеется, не мог пропустить такой вечер. Более того, Иосиф Давыдович оказался единственным из выступавших, кто поднялся на сцену с букетом для Александры Николаевны и единственным (помимо оркестрантов), кто был задействован в обоих отделениях концерта.
Он пел и военную эпику — «Поклонимся великим тем годам», и космическую оду про Юру Гагарина — «Знаете, каким он парнем был», и пассионарное ретро — «Песню о тревожной молодости». Кобзон, по сути, указывал на все грани авторского таланта Пахмутовой.
Еще одну грань — лирическую, женственную — вспомнила Тамара Гвердцители, спевшая «Нежность», что навсегда запомнилась в версии Татьяны Дорониной в фильме «Три тополя на Плющихе».
Эта вещь вполне сгодилась бы для финала. Но Александра Николаевна всегда симпатизировала гимнам. И на прощание сводный хор грянул «Виват, Россия!» на стихи ее супруга Николая Николаевича.
