«Иронией судьбы» с детства пичкали моих родителей и до старости будут пичкать моего сына

2011 год закончился в литературе мелким и жалким каким-то скандалом в московском отделении Союза писателей России. Журналисты с НТВ выдумали некоего поэта-бизнесмена, написали для него с помощью компьютерного генератора сборник стихов и заслали «казачка» в ЦДЛ, где его, в расчете на щедрость растроганного литературным признанием бизнесмена, приняли в Союз и вручили какую-то премию.

Спору нет, функционеры московского Союза выглядят в этой истории неприглядно. И все же пафос праведного обличения литературных старичков выглядит сам по себе смешно. Несоразмерно по отношению к грошовым литературным откатам и распилам. В конце концов, если бы и впрямь удачливому бизнесмену, воспитанному в самой читающей стране, захотелось обменять финансовый капитал на символический, заплатив за это пару тысяч долларов, — то это смешно, глупо, нелепо, но это не ужас-ужас. Бизнесмен этот на прошлой неделе, может быть, занес в пожарную службу два десятка тысяч, а на следующей, не исключено, столько же занесет в санэпидемстанцию.

Настоящий ужас творится не в масштабах литературной песочницы, а в масштабах всей страны. Критик Виктор Топоров уже озвучивал предложение деноминировать символические капиталы, то есть всех гениальных писателей понизить до талантливых, талантливых — до недурных и так далее по нисходящей. Предложение это в высшей степени здравое. Дополнить его я бы предложил пересмотром итогов приватизации символических капиталов.

Причем начинать, может статься, следовало бы не с литературы, где, конечно, приватизация прошла как и везде — случайными людьми были захвачены бренды практически всех толстых журналов, то же произошло и со знаменитыми книжными сериями, и, да, с союзами писателей, — но вред от этого столь же мал, сколь и доходы горе-приватизаторов. С чего стоило бы начать, так это с массовой культуры.

Новогодние праздники я провел в деревне, где все десять дней работал телевизор. Вообще для человека, который видит телевизор раз в год, это, скажу я вам, чудовищный шок. Моему ребенку скоро в школу, и когда я думаю о том, что ему предстоит обстебывать все те же изделия духа, которые в начальной школе обстебывал я — все эти миллионы алых роз, моряков с морячками  и есаулов, — мне становится дурно. Общество охвачено опасениями нового «застоя». Но это-то еще ладно — на фоне того, что «Иронией судьбы» с детства пичкали моих родителей и до старости будут пичкать моего сына.

Вот откуда нужно начинать деноминацию. Признать, что Алла Пугачева никакая не примадонна, а просто средняя певица, была когда-то не без голоса. Во всеуслышание заявить, что «Джентльмены удачи» никакая не классика, а просто неплохая комедия — не хуже, пожалуй, французских, с Депардье. Что «Единственная моя» — достойная мелодия на один сезон, но уж никак не на два.

И, разумеется, пересмотр итогов. Всех людей, которые в угаре 1990-х захватили масскульт и ничего не умеют и не знают, кроме «Служебного романа», КВН и «Что-где-когда», всех сценаристов, продюсеров, серых кардиналов, всех кобзонов и якубовичей — всех на заслуженный еще 20 лет назад отдых.

А литература — что литература? Ну кого обманули эти деятели, приняв в свой союз журналистскую креатуру? У них у самих стихи не хуже и не лучше компьютерных. Но у них по крайней мере нет возможности навязывать свои таланты многомиллионной аудитории. Смеяться над ними, может, и не грешно, но уж пылать праведным гневом, да еще в эфире НТВ, — ну, несерьезно как-то.