«Я стараюсь так выстраивать систему отношений, чтобы было у кого учиться»
В числе картин, отобранных в конкурс Берлинского кинофестиваля, — «Машина Джейн Мэнсфилд» знаменитого американского актера и режиссера Билли Боба Торнтона и российского продюсера Александра Роднянского. Сам Роднянский находится в Лос-Анджелесе, где завершается работа над картиной. Обозреватель «Известий» Лариса Юсипова связалась с ним по телефону и попросила рассказать об этом проекте.
— В программе Берлинского фестиваля «Машина Джейн Мэнсфилд» представлена как совместное производство США и России. Кроме вас среди его создателей есть русские?
— Да, в титрах есть русские фамилии, в основном в списке исполнительных продюсеров. Это сотрудники нашей компании AR Films. Сценарий, режиссура, актеры — американские.
— Как вообще получилось, что вы стали продюсером Билли Боба Торнтона?
— Так карты легли. Наша общая знакомая дала мне почитать сценарий, который Торнтон написал совместно со своим постоянным соавтором Томом Эпперсоном. Я читаю очень много сценариев. Сейчас — более двухсот в месяц, год назад, когда это произошло, существенно меньше, где-то 30–40. И на фоне этого потока сценарий Торнтона выделялся разительно. Это очень сильная литература для кино. И в нем было именно то, что я всегда ищу в фильмах: помимо индивидуальной авторской интонации, еще и мощнейший внутренний месседж. Очень трагичная и очень человечная история, при этом совершенно универсальная. Хотя действие происходит в 60-е годы прошлого века, она идеально ложится на сегодняшний день.
— А в чем история?
— Мне бы не хотелось раскрывать детали сюжета. Общая канва такова: в 1969 году в Алабаму приезжает пожилой английский аристократ с сыном и дочерью, чтобы похоронить жену. В Алабаме, откуда она когда-то уехала, у нее осталась прежняя семья. Теперь эти две семьи, ненавидящие друг друга, вынуждены вступить в контакт. И происходит столкновение культур. Время действия дает очень важный для понимания происходящего контекст: секс, наркотики, рок-н-ролл, Вьетнам — турбулентность в обществе...
— Вынесенное в заглавие имя погибшей в 1967 году американской звезды Джейн Мэнсфилд к сюжету имеет какое-то отношение?
— Да, но этого как раз я раскрывать не буду.
— Тогда вернемся к истории проекта. Вам понравился сценарий — и?..
— Я в тот момент исследовал возможность делать фильмы в Америке, но сомневался. А когда мне в руки попал этот сценарий и я познакомился с Билли Бобом Торнтоном, то начал создавать структуру под проект — американское отделение AR Films. Моим партнером стал Гайер Косински, очень известный в Голливуде агент, который представляет интересы Торнтона, Николь Кидман, Анджелины Джоли. Но производством фильмов он никогда не занимался, так что тут пригодился наш опыт.
— Легко ли человеку со стороны, пусть и известному у себя на родине профессионалу, войти на американский рынок независимого кинопроизводства?
— Это общий вопрос, и я могу дать на него только общий ответ: очень сложно. Понятно, что один фильм не решает проблему. У нас сейчас заканчивается работа над вторым — но и два не решают. Это длинный, трудный, кропотливый процесс. Я стараюсь так выстраивать систему отношений, чтобы было у кого учиться. Это рискованная ситуация, которая отнюдь не сводится к финансовым инвестициям.
— Кстати, вы сами финансировали фильм? И сколько он стоит?
— Бюджет — $12 млн. Поскольку его надо было запустить быстро, этот фильм мы финансировали сами. Но сейчас уже научились собирать инвестиционные пулы.
— Что за второй американский проект, о котором вы упомянули?
— «Козы» (The Goats) режиссера Ди Джей Карузо. Ему захотелось сделать картину, основанную на популярнейшем в 1980-х романе Брока Коула. Это история мальчика и девочки в летнем лагере, которые подвергаются издевательствам. Их забрасывают на маленький островок посередине озера, раздевают догола и там оставляют. Чтобы избежать дальнейших унижений, они ночью вплавь перебираются на другой берег. Это история их путешествия, их познания самих себя — без намека на сексуальность. И «Козы», и картина Билли Боба Торнтона — то, что в Америке называют Passion Project, проект-мечта. На фоне доминирования аттракционного кинематографа огромное количество авторов мечтают сделать драмы, основанные на эмоциональных историях, с яркими характерами, с многозначными посланиями. На такого рода проекты я и ориентируюсь — вне зависимости от того, американские они или русские. И новый фильм Андрея Звягинцева, над которым сейчас начинается работа, тоже из их числа.
