«Пневмония, которой мой отец заболел в Гааге, развивалась подозрительно быстро»
Медицинская служба Гаагского международного трибунала по бывшей Югославии официально заявила, что генерал Ратко Младич, обвиняемый в геноциде и военных преступлениях в период войны в Югославии, не может участвовать в процессе. У бывшего командующего армией боснийских сербов диагностирована двусторонняя пневмония. «Известия» связались с сыном Младича Дарко, проживающим в Белграде.
— Каково сегодня состояние здоровья вашего отца?
— Хочу сразу оговориться: по процессуальным правилам я не имею права давать комментарии по этому вопросу. Но никто не запретит мне задавать вопросы, главный из которых — каким образом пневмония, которой, по словам тюремной администрации, заболел мой отец, могла развиться у него так быстро? Почему регулярные медицинские осмотры, проводившиеся в тюрьме, не выявили болезнь на ранней стадии?
Кроме того, мой отец как-то подозрительно быстро потерял в весе — с 90 кг он похудел до 63. Это произошло всего за два месяца — с августа до конца сентября. А в октябре у него уже обнаружили пневмонию, причем в настолько запущенной стадии, что день или два он находился между жизнью и смертью. Вот вопросы, на которые я до сих пор так и не получил удовлетворительных ответов.
— Непонятно, каким образом генерал, находящийся в Гааге фактически в полной изоляции, вообще мог подхватить пневмонию...
— Я опять-таки не имею права комментировать условия, в которых содержится мой отец в Гааге, но судя по его словам, они были вполне удовлетворительные. Тем более непонятной становится нынешняя ситуация.
— У вас имеется возможность поддерживать контакты с вашим отцом?
— Да. С момента ареста отца и экстрадиции его в Гаагу мы c матерью (Босо Младич — супруга Ратко Младича. — «Известия») посетили его пять или шесть раз. Каждый день нам разрешают поговорить с ним по телефону примерно 20 минут. Но в последнее время отец был настолько плох, что даже не мог брать трубку.
— Когда, по-вашему, он сможет вернуться в суд?
— Не могу сказать, я не доктор. Пока понятно, что его состояние стабилизировалось. По телефону его голос звучит несколько бодрее. Пока не вернутся посланные на его осмотр из Сербии доктора, я не могу сказать точнее — видите ли, мой отец не любит беспокоить родных, рассказывая о своих проблемах со здоровьем.
— Каковы ваши отношения с нынешними сербскими властями? Известно, что раньше вы подвергались давлению...
— О, это все в прошлом. Сегодня мы стараемся жить как нормальные люди. Но с другой стороны, нам пришлось очень долго вести переговоры, чтобы к отцу прислали врачей из Сербии. Только сейчас, когда его жизнь оказалась в опасности, из Белграда согласились выслать медицинскую бригаду. Четверо докторов из Военно-медицинской академии должны выехать в Гаагу на следующей неделе.
