«Правое дело» сыграло в независимость

Заседание федерального политсовета «Правого дела» 20 октября обернулось скандалом. Хотя началось мероприятие мирно. Партийцы рассмотрели вопрос о возвращении денег тем жертвователям, которые не хотели сотрудничать с партией без Михаила Прохорова. Все проголосовали за то, чтобы вернуть 481 млн рублей — именно на такую сумму в «Правое дело» пришли заявки, пояснили в пресс-службе партии.

Разобравшись с деньгами, «правые» перешли к рассмотрению вопроса о стратегии избирательной кампании. В этот момент Богданов неожиданно поднялся с места и тихо вышел из зала.

— Билборды разместить не сможем — не хватает денег, — заговорил и.о. председателя партии Андрей Дунаев. — Поэтому сделаем акцент на бесплатной телевизионной агитации и выборах в законодательные собрания в регионах. Прошу поддержать.

«Подождите, у меня есть другое предложение», — неожиданно поднялся член политсовета Борис Надеждин с первого ряда. Он рассказал, как слушал в прошлые выходные передачу на «Эхе Москвы», в которой участвовал Богданов.

— Человек в течение всего эфира рассказывал, как и по чьему заданию он разваливал партию, — кипятился Надеждин. — Поймите, он снижает нам рейтинг. Одно его появление на экране ухудшает нам имидж. Он хороший парень, но он не политик, а политтехнолог. Я предлагаю запретить использовать его образ в агитации и запретить участвовать в дебатах.

— Борис Борисович, должно быть основание, — благосклонно ответил Дунаев.

— Основание простое: лицом не вышел, — засмеялся Надеждин.

— А почему только запретить для агитации? — поддержал глава тюменского отделения Александр Безделов. — Давайте вообще исключим его из списка.

За Богданова заступился только бывший глава «Гражданской силы» Александр Рявкин.

— Андрей Геннадьевич, было уже решение съезда, — обратился он к Дунаеву. — Ну не надо сейчас все это опять поднимать. 

— Почему же, — неожиданно ответил Дунаев, который еще совсем недавно защищал Богданова. — Если политсовет примет решение, мы его выполним.

Члены политсовета быстро выработали формулировку: рекомендовать штабу партии не использовать Богданова в агитации. За это предложение проголосовали почти единогласно, причем одним из первых руку поднял Дунаев.

— А почему вы вдруг проголосовали против Богданова? — поинтересовался у него корреспондент «Известий».

— Большая часть партии считает, что его публичная позиция не помогает партии, поэтому принято такое решение, — ответил тот.

Почему случился скандал? Источник в партии рассказал, что Богданов недавно поссорился с Дунаевым — потребовал, чтобы одно из региональных отделений возглавил его ставленник. Другой член партии, впрочем, загадочно сообщил: «Почти уверен, что Богданов сейчас побежал в Кремль. Думаю, сейчас дадут обратный ход».

Спустя несколько часов, когда корреспондент «Известий» дозвонился Богданову, тот удивленно сообщил, что никакого решения по его кандидатуре не принималось. «Против меня голосовали? Дунаев? Вам показалось», — засмеялся политик. Дозвониться до лидера партии после этого оказалось невозможно — номер был переключен на приемную.

Уже вечером пресс-служба партии сообщила, что решение политсовета не будет документально оформлено: «Дунаев уважает позицию политсовета, но он очень уважает и Богданова. Так что решение остается рекомендацией. Пока в итоговый протокол оно не будет включено».

Борис Надеждин узнал о решении коллег от «Известий». «Называется, попробовали сыграть в независимость. Надолго нас не хватило», — засмеялся он.

Статус Богданова в партии остается неопределенным. По условиям, которые были достигнуты при создании «Правого дела», бывший глава Демпартии не должен входить в руководящие органы. На этом настаивали бывшие руководители «Союза правых сил», которые считают, что на выборах 2007 года партия Богданова выступала их спойлером.

Однако после того как Михаил Прохоров был отправлен в отставку, Богданов занял второй номер в избирательном списке. Из-за этого месяц назад экс-сопредседатель «Правого дела» Леонид Гозман вышел из партии, а глава подмосковного отделения Борис Надеждин отказался баллотироваться в Госдуму в одном списке с главным врагом. Впрочем, тогда эта ситуация ничуть не смущала других членов партии.