Эксперты считают причиной катастрофы Як-42 отказ техники

Специалисты технической комиссии Межгосударственного авиационного комитета (МАК) приступили к составлению отчета о причинах катастрофы Як-42, разбившегося под Ярославлем. Эксперты провели расшифровку «черных ящиков», завершили полевой этап расследования, опросили оставшегося в живых бортинженера и закончили серию летных экспериментов, восстановивших последний полет Як-42.

Официально причины катастрофы технической комиссией пока не названы. Опрошенные «Известиями» независимые эксперты, летчики и двигателисты считают, что представленная версия трагедии — к ней якобы привели действия одного из пилотов, который тормозил при взлете, — необъективна.

— Тормозил пилот или нет, достоверно установить невозможно, потому что датчиков, которые бы фиксировали воздействие на педаль, на Як-42 не стоит. Не ведется и видеонаблюдение за действиями экипажа, — говорит летчик-испытатель Андрей Гусев.

Притормаживать могла сама гидросистема, возможно, из-за скрытого дефекта, замечает Гусев. «Валить вину на экипаж — самый легкий путь», — сетует эксперт.

«Подозрение» на гидросистему пало сразу после того, как в интернет попали фотографии с места гибели самолета. У колес была разрушена пневматика.

— Мы видим, что полосы для разбега не хватило, значит, самолет что-то тормозило, что-то случилось или с гидравликой, или с двигателями. Торможение бывает двух сортов: аэродинамическое, когда стабилизатор не установлен во взлетное положение, или же торможение колес, — объясняет летчик-испытатель Владимир Герасимов, пилота 1-го класса, который много лет проработал в Министерстве гражданской авиации и Госавианадзоре СССР и расследовал многие авиакатастрофы.

Владимир Грудин, авиарасследователь с 40-летним стажем, считает, что к трагедии могли привести два фактора.

— При максимальном режиме взлета расход топлива увеличивается на треть, а в авиакомпаниях летчикам настоятельно советуют топливо экономить, — поясняет Грудин. — Предельный режим взлета также уменьшают, чтобы самолеты меньше шумели, поскольку люди, живущие рядом с аэропортами, часто жалуются на гул.

Странное поведение пилотов Як-42, когда один из них зачем-то якобы тормозил машину на взлете, не могло стать причиной катастрофы, считает и старший научный сотрудник петербургского Института проблем машиноведения РАН, кандидат физико-математических наук Виктор Кулагин. К падению самолета под Ярославлем, говорит он, могло привести редкое и малоизученное явление — срыв компрессора двигателя, возникающий из-за стечения обстоятельств природного характера.

— Медленный разгон был не от того, что тормозили, — говорит Кулагин. — Не было тяги в двигателях, хотя они ревели и был полный газ, как и положено при взлете. 

Явлением, которое машиностроители называют «срыв компрессора двигателя», несколько лет назад занималась лаборатория методов анализа надежности, где работает Кулагин.

— Топливо подается по максимуму, двигатель, что называется, «ревет», а тяги нет, — объясняет Кулагин. — Потому что компрессор, который питает кислородом турбину, крутится, но не подает воду в турбину. Вернее, подает, но очень мало.

По мнению Кулагина, Як-42 под Ярославлем стал жертвой именно этого явления.

— Есть два этапа срыва компрессора, — продолжает Кулагин. — Второй, когда двигатель уже «чихает» и «кашляет», называется помпажем. А первый этап — когда на взлете происходит так называемый «тихий срыв компрессора».

Впрочем, эксперты-летчики ставят эту версию под сомнение. 

— Если бы у двигателя было предпомпажное состояние, то это бы записал черный ящик, малейшее уменьшение оборотов двигателя было бы зафиксировано. Но, по МАКу, все работало в штатном режиме, — парирует Герасимов. Он не согласен и с тем, что дело в стартовом режиме двигателей. — Даже при взлете на номинальном режиме с той полосы, с которой они взлетали, было достаточно для того, чтобы выполнить нормальный взлет.

Несогласованность в действиях экипажа привела к падению Як-42, но это было следствием, причину же катастрофы нужно искать в технике, считают специалисты.

— МАК выдает сертификат самолету и сам же занимается расследованием катастрофы. Для них самолет — священная корова, — считает Герасимов. 

Высказывая разные версии, эксперты сходятся в одном: уровень расследований авиационных происшествий сейчас в целом ниже, чем 10–20 лет назад.