Пора убирать коррупционный налог, который одних гонит из страны, других обрекает на бедность

Уровень экономического неравенства в России нарастает по мере увеличения темпов экономического роста и становится главным раздражителем для населения в отношении к  богатым. Когда 1% населения получает около 40% всех доходов, да еще и в нефтяной стране, забивает позиции миллиардеров в списках «Форбса», скупает «порши» и «бентли» как гречку в «Пятерочке», у остальных возрастает классовая ненависть к богатым даже не на уровне сознания или советского подсознания, а уже где-то значительно ниже. 

Именно таким настроением общества объясняется обещание социальной справедливости во всех программах политических партий. Бедным коммунистам нелегко приходится: конкурировать, окучивая грядки несовершенства проклятого капитализма, становится все труднее. А тут еще предстоящий застой в мировой экономике, снижение нефтяных цен и, соответственно, нехватка бюджетных денег для покрытия всех социальных расходов. Самое время грохнуть богачей по примеру Обамы, у которого, кстати, несправедливость ниже, чем в России, в 5–10 раз. На 1% самого богатого населения в США приходится только 8% национального дохода. Но и дефицит у них, правда, недетский.

Но нам сейчас тоже не до жиру. Куча проблем с пенсиями, образованием, уже практически платным, здравоохранением, беспощадно дорогим, и т.д. Самое время для людей требовать и получать неважно что: если быть бедными, то всем, если богатыми, то тоже всем. Просто и со вкусом. Кстати, второе вполне себе имеет хорошую экономическую базу. В потребительской модели общества стабильность и национальная безопасность достигается не цензурой на телевидении, а ростом внутреннего спроса, т.е. возможностью потреблять и достигнуть качества жизни для большинства населения, честно работающего или отработавшего на благо Отечества, а не для 1% населения.

Так как же добиться сглаживания неравенства? Существует по большому счету две исторические модели: отнять у богатых и поделить или дать возможность каждому стать богатым. Вторую мы уже упустили, как всегда. Недаром 10 лет изобильных благословенных нулевых отметились не снижением налогов для бизнеса, не раздачей земли населению, не строительством льготных бизнес-центров для начинающих, а складыванием нефтедолларов в закрома на случай беды. И беда пришла в виде глобального кризиса, и мы не справились именно потому, что не создали условий для роста рабочих мест. Дыру закрыли (спасибо А. Кудрину), поистратились и теперь надо где-то взять. Где? У богатых.

Повысить налоги на инвестиции, на доходы от финансовых операций, на недвижимость, на товары роскоши, ввести прогрессивную шкалу подоходного налога. Что означает применение первой модели. Недаром «Единая Россия» уже заявила о необходимости повышения налогов на потребление, недвижимость и имущество для людей с большим достатком.

Давайте разберемся, чего хочет власть: сыграть в налоговый популизм перед выборами или пополнить бюджет? Если первое — то святое дело, после выборов можно и забыть. Если второе — то надо помнить, что налоги на потребление товаров роскоши ни в одной стране, где они введены, проблему не решили, суммы ничтожно малы по сравнению с главными источниками: корпоративными и подоходными налогами.

В сырьевых странах, как наша, понятно, что главные поступления идут от экспорта нефти, газа и прочее. Возьмем для примера Норвегию, страну, сопоставимую с Россией по богатству всеми возможными и невозможными природными богатствами, включая и нефть. Норвежцы платят два прямых налога — подоходный по прогрессивной шкале и налог на роскошь: обкладываются недвижимость, автомобили, банковские депозиты. Вы будете смеяться, но оба налога являются муниципальными, т.е. не имеют отношения к федеральному бюджету, который сохранил положительное сальдо даже в кризисном 2009  году. Налог на роскошь принес в Сардинии около $1 млрд в год, я думаю, прежде всего за счет продажи яхт. Есть у меня подозрение, кто составил львиную долю покупателей. Я думаю, вы тоже догадались. У нас и так цены взвинчены на все роскошное, так что богачи пойдут отдавать свои денежки за границу, а те, кто тут останется, погоды для наших пенсионеров не сделают. Кстати, в Норвегии весь резервный нефтяной фонд перевели в пенсионный, поскольку сильно озаботились старением населения. Похоже? Проблема — да, а решение... Куда нам!

Перейдем к прогрессивной шкале подоходного налога. Например, в любимой Швеции, стране развитого капиталистического социализма, налог на доходы физических лиц достигает почти 60%. Одни из самых высоких налогов в мире обеспечили средний уровень качества жизни для всех, но выметают из страны наиболее активных и успешных вместе с штаб-квартирами шведских компаний. Если учесть наш градус недоверия к политическим и правовым институтам, нашу привычку уходить от налогов, то при прогрессивке бюджет только потеряет. Тем более есть оправдание: плати не плати, а налоги не возвращаются в виде качественных государственных услуг. Никому. В отличие от Швеции и Норвегии.

Так где же выход? Там, где вход. Хочется или нет, но пора перестать мучить всех бухгалтерским подходом к экономике, пора системно убирать коррупционный налог, который одних гонит из страны, других обрекает на бедность. Как? Это уже другой вопрос. Можно для начала изучить норвежское экономическое чудо: сильнейшее госрегулирование экономики, эффективный малый бизнес, нефтяная рента для людей, а не чиновников, и т.д. А можно не изучать. Что нам далекая Норвегия! Главное — помнить одно правило. Богатые тоже платят, вопрос — где и при каких условиях.