Ведьма на московской охоте
Прошлой осенью Тори приехала сюда впервые, и шеститысячный столичный «Крокус Сити Холл» заполнился «под завязку». На сей раз в том же зале наблюдалось немало свободных мест, и, кроме сочувствия к тем, кто не пришел, тут добавить нечего. Американка и по мировым музыкальным меркам — фигура штучная. У нас же таких артистов просто нет. Отдельные личности что-то, как-то, по-разному пытаются. Земфира, скажем, Алина Орлова или даже Ольга Арефьева, Хелависа. Но, право, это не повод для сравнений. Поэтому Амос при любой возможности стоит видеть и слышать «живьем», даже если вы не являетесь ее страстным поклонником и устойчивы к любому гипнозу.
Достаточно того, что у нее практически не случается двух одинаковых выступлений. Ни по настроению, ни по подбору материала. В нынешнем евротурне, например, она пока провела три концерта (в Хельсинки, Питере и Москве), и их сет-листы существенно не совпадали. Факт примечательный, для туровых гастролеров редкий, а применительно к Амос еще и весьма значимый, подчеркивающий, что свои представления она выстраивает импрессионистично, в зависимости от текущих ощущений. Несмотря на постоянную, вроде бы экстатическую, заговорную манеру пения, у Тори получаются разные по духу и смыслу «спектакли», где знакомые темы порой странно преломляются в иной аранжировке.
В предыдущий приезд рыжая ведьма (это определение от нее уже неотъемлемо) Амос словно хотела максимально точно и объемно «пересказать» московской публике себя. Она вытаскивала из своего репертуара самые узнаваемые вещи, лупила одновременно по клавишам рояля и синтезатора и всячески демонстрировала, как можно в концерте камерного формата достичь энергетического эффекта стадионного «металлического» шоу.
Теперь в «Крокусе» появилась другая Тори. Недавно записавшая альбом Night of Hunters и принесшая смыслы и вкус своей «Ночи Охоты» в охлаждаемую осенью Европу. Кроме синтезатора и черного рояля с Амос, одетой в широкое, сверхдлинное, какого-то архаичного покроя черное платье с золотым узором, на сцене расположился струнный квартет. Квартет в этот вечер играл с Тори не постоянно, но когда подключался к ее витийству, делал это точно и на правильной эмоциональной высоте. Амос умело соединила свои сольные клавишные блоки с номерами в сопровождении струнных, и действо ни разу не превратилось в бесконечную мантру. Недурно было бы задержать в «Крокусе» финскую «Апокалиптику», выступавшую здесь днем ранее. И с ней бы у Тори, думается, все эффектно срослось.
Московский концерт открылся, как открывается новый альбом Амос — композицией ShatteringSea. Появление Тори публика приветствовала стоя, как встречают королев. В качестве алаверды поэтичная американка предложила два десятка тем, из которых наиболее известными были Suede (здесь Амос впервые за вечер развернулась от рояля к синтезатору), Cruel, наполненная особой нервностью и резкими репликами квартета, и Winter, после которой партер опять встал, и народ с цветами и воплями повалил к сцене. Заглавная тема последнего альбома и нынешнего тура не прозвучала. Зато была самая длинная в арсенале Амос десятиминутная Star Whisperer и наиболее земная и бодрая в сей вечер Mr.Zebra. Продолжительные «бисы», выглядевшие вторым отделением программы, прошли как плотный клубный сет. И Амос вписывалась в него столь же свободно, как в академический полумрак и тишину.
