Виновных в гибели моряков «Нерпы» не нашлось

Полным провалом для следователей и прокуроров в Тихоокеанском флотском военном суде закончился процесс по делу о гибели 20 моряков на атомной подлодке «Нерпа» осенью 2008 года. На судне сработала аварийная система пожаротушения, и люди отравились газом. Обвиняемыми были командир «Нерпы» Дмитрий Лаврентьев и трюмный машинист Дмитрий Гробов. Присяжные вынесли скандальный вердикт: они признали факт гибели моряков, но не признали, что на подлодке был распылен смертоносный газ.

Коллегия присяжных по делу о трагедии на «Нерпе» отвечала на четыре основных вопроса: доказаны ли деяния в соответствии с инкриминируемым обвинением; совершали ли их подсудимые; виновны ли они и заслуживают ли снисхождения. Каждый последующий вопрос становится правомерным лишь в том случае, если на предыдущий ответили «да». Однако присяжные по делу «Нерпы» ответили «нет» уже на первый вопрос. Для гособвинения это стало полной неожиданностью.

— Фактически присяжные признали факт гибели на лодке людей, но при этом не признали факт подачи огнегасящей смеси в отсеки АПЛ, — заявил военный прокурор Тихоокеанского флота Сергей Коломиец.

Гособвинение не согласилось с оправдательным вердиктом и уже объявило о намерении его обжаловать.

— Прокуратура лукавит: суть первого вопроса заключалась в том, производились ли Гробовым какие-либо манипуляции с клавиатурой. Этого доказать не удалось, — объясняет адвокат Лаврентьева Сергей Бондарь. — Фактически это то, чего мы добивались последние три месяца: отделить человеческий фактор от техники.

Таким образом, вопрос об истинном виновнике остался открытым. Адвокаты уже бывших обвиняемых считают, что система пожаротушения сработала из-за ошибок аппаратуры.

Трагедия на «Нерпе» произошла 8 ноября 2008 года во время ходовых испытаний в Японском море. На борту субмарины неожиданно сработала система пожаротушения, и в отсеки стала поступать смесь фреона и тетрахлорэтилена. В тот момент на борту подлодки находились 208 человек, в результате аварии погибли 20 человек, еще 21 человек был госпитализирован с отравлением.

По версии обвинения, система пожаротушения сработала по вине матроса Гробова, который нажимал на клавиши неработающего, как он считал, пульта управления. Таким образом, матрос случайно ввел команду на подачу смеси, превратившей отсеки в газовую камеру. Следствие также считало, что в трагедии также виновен капитан подлодки Лаврентьев, который, по его мнению, не подготовил экипаж.

Гробову предъявили обвинения в «причинении по неосторожности смерти двум и более лицам», а капитану инкриминировалось «превышении должностных полномочий, приведшее к причинению смерти по неосторожности двум и более лицам».

Адвокаты обвиняемых изначально возлагали вину на «сырое» программное обеспечение и оборудование, которые поставляют подводникам частные компании по заказу.

— В системе не было защиты «от дурака», которая должна была проигнорировать заведомо ложные команды, — объясняет адвокат Сергей Бондарь.

Кроме того, по версии защитников, вместо обычного фреона в баллоны был закачан фреон с ядовитой примесью — тетрахлорэтиленом. Именно он не оставил надежды находящимся в помещении людям: если чистый фреон дает человеку несколько минут для возможности убежать, то ядовитый газ сразу же приводил к потере сознания.

Исследование газовой смеси и ее происхождение в ходе дела были выделены в отдельное производство и передано в ГУВД Комсомольса-на-Амуре. Сыщики предполагают, что закупка фреона с дешевыми примесями позволила сэкономить до 5 млн рублей, и теперь безуспешно ищут фирмы-однодневки, через которые проводилась сделка.

В ходе процесса, который длился три месяца, всплыло немало интересных подробностей. Так, 5 июля матрос Гробов отказался от своих предыдущих показаний и заявил, что свои признания он сделал под давлением силовиков. По новой версии моряка, никаких кнопок он не нажимал. Эти показания поставили обвинение в тупик: других доказательств того, что Гробов действительно нажимал клавиши, в их распоряжении не было.

Ситуацию для следствия усугубил и секретный доклад Военно-морского флота, который был зачитан на суде. Согласно итогам служебного расследования, в трагедии были виновны не только Дмитрий Гробов и его командир, но и высокопоставленные чины Минобороны и ВМФ. В докладе упоминались высшие офицеры ВМФ, которые отвечают за вооружение, боевую подготовку, кораблестроение и безопасность на море. Они должны были принимать работы по строительству лодки, отвечали за подготовку экипажа и поставку оборудования. По данным «Известий», все виновные уже понесли жесткие дисциплинарные наказания, некоторые были уволены.