«Букер десятилетия» — крайне странная процедура, запрограммированная под какую-нибудь вампуку

Трудно сохранять серьезность, размышляя о нынешней ситуации с «Букером десятилетия». Несмотря даже на то, что повод — более чем серьезный: попал в беду писатель Рубен Гальего, лауреат «Русского букера» за 2003 год, прославившийся двумя автобиографическими романами о ежедневном бытовом ужасе, поджидающем любого инвалида, которому не повезло родиться в России.

Но такова уж, видно, карма премии «Русский букер» — все, что попадает в поле ее гравитации, превращается в комедию положений. Все хорошие и добрые люди — и все выглядят, как... ну, как и должны выглядеть герои комедии положений.

Одни добрые и хорошие люди сочиняют письмо-обращение к жюри «Букера десятилетия» с просьбой присудить победу и сопутствующие ей $20 тыс. Рубену Гальего. Пятьсот добрых и хороших людей это письмо-обращение подписывают.

И сколько бы ни указывали критики, что, мол, странно выглядит призыв «давайте отдадим Гальего чужие деньги!», и ни высказывали осторожных сомнений, что, кажется, в Штатах государство не бросает инвалидов на произвол судьбы (главным образом потому Гальего и принял тамошнее гражданство, нет?), да и вообще, неплохо бы узнать для начала, сколько денег действительно нужно, — все равно: критики письма выглядят не менее глупо, чем его подписанты.

Попутал бес и бедного букеровского председателя Шайтанова, который договорился до того, что предложил каждому члену жюри самому решить, «награждать писателя Гальего или оказать помощь человеку, оказавшемуся в тяжелой ситуации», — то есть третьего как бы и не дано.

По мне, так начать следовало бы с того, что «Букер десятилетия» — вообще крайне странная процедура, как будто запрограммированная под какую-нибудь вампуку. Пятьдесят человек жюри будут выбирать из пятидесяти книг лучшую. Регламент, процедура — ничего этого не объявлено. К прозрачным и открытым выборам «Букер» не приучен — да и вообще в России мало кто приучен, так что выбирать, скорее всего, опять будут по каким-то никому не известным правилам. Ну и что можно в такой ситуации навыбирать?

С этой точки зрения, призыв подписантов письма прочитывается как «все равно ведь попилите, так отдайте хоть Гальего, ему нужнее, кстати он и писатель неплохой». Между прочим, писатель Гальего действительно неплохой, и если выбирать шорт-лист лучших книг десятилетия, «Белое на черном», наверное, в любой такой шорт-лист попадет. Не говоря уж о том, что «Белое на черном» — книга, которую до сих пор покупают и читают, несмотря даже на то, что она — букеровский лауреат.

Но ведь благотворительность отдельно, справедливо указывают критики «письма пятисот», а литература — отдельно. А составитель письма заранее им возражает: «произошедшее… выводит «Русский Букер десятилетия» из области чисто литературных состязаний…» Неизбежно глупо — как бы ни проголосовали — будут теперь выглядеть члены жюри. Они же тут за литературу как бы собрались, а им: «речь идет не только и не столько о словесности как таковой…»

Между тем, подписавшие злополучное письмо в некотором смысле правы — правы в том, что выражают нечто, страшно органичное для нашей современности вообще: тотальное смещение означающего и означаемого. Иначе говоря, царит ощущение, которое я бы назвал «Это не про то». Премия не про литературу. Выборы не про политику. «Новости» не про новости…

Я вот вчера дошел до Сытного рынка — это у нас, на Петроградской. Сидят русские бабушки и дедушки, продают идеально ровные и абсолютно одинаковые китайские огурцы, как бы со своего огорода. И тут обман: очевидно же, что не могут быть выращенные в Ленобласти огурцы все равны как на подбор.

Или вот: почти год назад в Петровском муниципальном округе — это у нас, на Петроградской, я тут живу, — началась масштабная и дорогая кампания по упромысливанию избирателя: ремонт асфальта во дворах, регулярное увеселение для пенсионеров, бесконечная печатная продукция в ящиках и т.д. и т.п. Думалось: это про депутата, фамилию которого чуть не птички вычирикивали. Оказалось, что про Матвиенко.

И самое обидное не то, что Матвиенко ушла безнаказанной, а что за дураков ведь держат: целый спектакль сыграли с неожиданным уходом Миронова, с мучительными раздумьями Медведева, с обманным маневром Матвиенко. Общество спектакля МММ.
Ну и автор этой колонки, конечно, тоже глупо выглядит в роли Капитана Очевидность. Единственный, кто не выглядит глупо, — это Рубен Гальего. Если вы не читали «Белое на черном» — обязательно почитайте.