«Роспатент выдает патенты на вечные двигатели. Это позор!»

— Российские ученые и эксперты в области искусственных органов, нейроинтерфейсов и клеточных технологий объединились в движение «Россия 2045», чтобы создать киборгов к 2045 году. Как вы рассматриваете эту идею о переселении после смерти человека его мозга в искусственное тело с точки зрения лженауки?

— Пока комиссия не проводила экспертизу этого проекта, я узнал о нем из интернета. Разбираться в нем нужно многим профессионалам: биологам, физикам, химикам, информатикам и даже философам. В результате этого обсуждения можно будет ответить на вопрос, а нужно ли вообще человеку столько жить и каковы будут последствия «бессмертия» для человечества? Возможно, людям жизнь просто надоест, каждый «долгожитель» окажется в среде людей с совершенно другим менталитетом. Если отойти от философских вопросов, то с чисто научной точки зрения мне кажется достаточно сомнительным то, что они предлагают. Я сомневаюсь, что возможно пересадить мозг человека в искусственно выращенное тело, и он там приживется. Конечно, нужно предлагать амбициозные проекты, но без фантастики. Никто не будет возражать против увеличения продолжительности жизни методами современной медицины. Нужно создавать искусственные органы, управляемые человеком. Собственно, такие работы в мире уже ведутся. Но когда два пацана в возрасте чуть больше 30 лет, не имеющие к науке никакого отношения, стоят во главе Движения «Россия 2045» и обещают, что В.В. Путин будет первым долгожителем, мне кажется, это явный перебор.

— Недавно состоялась пресс-конференция комиссии по борьбе с лженаукой, и там вы приводили старые примеры лженаучных изысканий:, торсионные поля, антигравитация, фильм «Великая тайна воды». Сейчас лженауки стало меньше?

— Нет. К нам многие обращаются с запросами об экспертных заключениях, начиная от губернаторов и заканчивая администрацией президента. Просто после получения таких запросов и отправки ответов мы, как правило, не можем разглашать результаты своих проверок. Это тем более так, когда к нам обращаются из следственных органов.

— Как-то вы говорили, что чиновникам выгодна лженаука — так они могут «осваивать» бюджетные средства десятилетиями…

— Это говорилось об относительно мелких чиновниках. Если же говорить о высокопоставленных, то принимать решения без соответствующей экспертизы (объективной и без нажима сверху) они не должны. Очень показательна в этом смысле история с программой «Чистая вода», когда важнейшее решение о внедрении нанофильтров было принято Борисом Грызловым, Светланой Орловой и Виктором Петриком при полном отсутствии профессионалов.
Фактически фильтры, установленные в детских учреждениях и больницах Новгородской области, ни разу не проходили полномасштабной проверки. После того как независимая проверка показала, что с нанофильтрами не все так замечательно, как это говорилось раньше, власти Новгородской области стали говорить, что фильтры Петрика — это не нанотехнологии, а банальный углеродный сорбент, известный уже сотню лет. Им вторит главный санитарный врач РФ Онищенко, подчеркнувший, что никаких «ноу-хау» в фильтрах нет. Но в таком случае неясно, почему до сих пор не проведена полномасштабная проверка, где бы был определен ресурс фильтров, проведена проверка на бактериологическую опасность и присутствие наночастиц в воде после фильтра. Между прочим, до сих пор нет ответа на вопрос о том, почему дафнии в воде после фильтра Петрика погибли через 10–15 минут. Этот факт комментирует лишь сам Петрик, утверждая, что дафнии в присутствии ионов серебра должны погибать мгновенно. Увы, это утверждение не соответствует действительности...

— Как продвигаются ваши судебные дела против Петрика?

— Они продолжаются: один иск он подал на нас, а второй мы на него. Пока мы занимаемся формальными вещами: подаем бесконечные ходатайства. Петрик обвиняет академиков, что мы затягиваем процесс, а сам подает протесты и в Питере, и в Москве.
Кажется, что эти суды будут длиться еще долго.

— Почему вы так скептически настроены против иннограда Сколково?

— Модернизация страны, безусловно, нужна, но зачем создавать центр именно в Москве? В стране есть много живых и действующих институтов — нужно было вкладывать деньги в них, и это вышло бы для государства гораздо дешевле. Но сейчас дело сделано — и чтобы программа заработала, мы будем участвовать в проектах Сколково.

— Все инновации нуждаются в закреплении права на идею, а во многих своих интервью вы предлагаете закрыть Роспатент.  Почему?

— Потому что Роспатент выдает патенты на вечные двигатели, а это позор. Это демонстрация низкого уровня экспертов либо чего-то еще худшего. А когда он выдает патенты на медицинские приборы-пустышки, которые в принципе не могут лечить, надо помнить, что Роспатент помогает грабить старых больных людей, которые до сих пор знают, что советские патенты (тогда они назывались авторскими свидетельствами) выдавались только за дело. Сегодня абсолютно другая ситуация: платите деньги — и на любую ахинею получите патент. Поэтому нужен новый Роспатент, на новых принципах и с новыми людьми.