Появились первые воспоминания об умершей соул-диве

Об Эми Уайнхаус наверняка напишут не один десяток книг и снимут энное количество фильмов, а пока не прошел первый шок, друзья певицы ограничиваются вполне ожидаемыми «Не могу поверить!» и «Она была так талантлива!» Более или менее внятными воспоминаниями одним из первых поделился американский музыкальный критик Крис Уилман, несколько лет назад общавшийся с певицей.

Уилман признается: «Эми была одним из самых крепких орешков, которые мне приходилось раскалывать». Были ли у нее тогда «взаимоотношения» с наркотиками, журналист судить не решается, но отмечает некое «отсутствие» Эми: «Подозреваю, что проблема, с которой я тогда столкнулся, была не в том, была ли Уайнхаус под воздействием, а в том, что ее — Эми — вообще не было». Певица даже забыла попрощаться — вероятно, предполагает Уилман, потому что торопилась на встречу со своим возлюбленным Блэйком Филдером-Сивилом (теперь он проходит в качестве подозреваемого по делу о ее смерти — не исключено, что именно Блэйк предложил Эми роковую наркотическую смесь).

Уилман в основном расспрашивал певицу о ее альбомах, которых на тот момент было два (да и на момент смерти тоже). Уайнхаус призналась, что к моменту написания своего второго альбома — Back to Black — очень плохо себя чувствовала: «Мне было хреново. У меня была клиническая депрессия, и я всю ее вложила в музыку». Альбом получил пять «Грэмми» и стал классикой едва ли не сразу после выхода. О своем главном хите — Rehab  — Эми отзывалась как о чистой случайности: «Мы просто шли с моим продюсером Марком Ронсоном по улице, и я шутки ради стала напевать. Он спросил: «Кто это?!», а я говорю: «Да никто. Я это только что сочинила». Свою дебютную пластинку Frank, названную в честь Фрэнка Синатры, певица охарактеризовала как «защитную реакцию»: «Когда я делала этот альбом, я курила травку, и вся моя сущность была —«ты меня не знаешь, ты мне не нужен, ты меня не любишь, да пошел ты!» А во время написания второго альбома я слушала музыку 60-х, всякую всячину из музыкальных автоматов. И много пила — что намного депрессивнее, чем травка».

В то же время алкоголичкой Эми себя не считала: «У меня нет проблем с алкоголем. Вчера ночью я выпила только «Ширли Темпл» (безалкогольный коктейль, названный в честь голливудской девочки-звезды), а потом виски с колой. Вот и все». Более того, певица рассказала, что часто отказывается от выпивки под разными предлогами — чтобы никого не обидеть. «Если мне кто-то говорит: «Эми, позволь купить тебе текилу», я отвечаю: «Спасибо, я не пью». А если спрашивают почему, то всегда говорю, что принимаю антибиотики». При этом Уайнхаус не преклонялась перед здоровьем: «Вы можете быть здоровы, но не веселиться. Какой тогда в этом смысл?»

Себя Эми описывала как исключительно романтического человека, но с определенной долей страстности: «Если ты не бросаешься во что-то с головой, никогда не узнаешь, что мог бы получить». Но главным откровением журналиста Уилмана является шутка Эми, грозящая стать эпической: «Где я буду через несколько лет? Валяться в канаве. Мертвой».