100 групп сыграли для 120 тыс. зрителей на «Нашествии» | Статьи

У «Нашествия», помимо статуса и десятилетней биографии, есть принципиальнейшее отличие от большинства сегодняшних российских опен-эйров. Здесь продают билеты. Причем не совсем по символическим ценам. На вариантах вип-обслуживания, стоимостью от 60 тыс. до 100 тыс. рублей, концентрироваться не будем. Но и за простой одноразовый вход на фестивальное поле ныне просили 1,8 тыс. рубликов. Для молодежи, особенно провинциальной, составляющей значимую часть аудитории «Нашествия», — сумма вполне чувствительная. Тем более, что к ней приплюсовываются дорожные расходы, аренда места для палатки, траты на питание и т. п.

Тем не менее на этот фест ежегодно приезжают десятки тысяч людей. Приезжают и, как правило, не разочаровываются, хотя каждый раз кто-нибудь говорит о проблемном сервисе на не «виповской» территории, и о том, что поют тут почти одно и то же.

С подобными упреками, надо признать, устроители «Нашествия» методично борются. И инфраструктура фестиваля как-то развивается, и программа его в последние годы — отнюдь не сказка про белого бычка. Привившаяся идея параллельного существования трех сцен (помимо главной, концерты проходят на «альтернативной» и «позитивной» сценах) позволяет обеспечивать стилистическую разноплановость мероприятия и оставляет публике свободу выбора.

На сей раз до «Нашествия» добралось, согласно официальной информации, свыше 120 тыс. человек, для которых сыграли более сотни групп. Чего же боле? Вспомним, пару недель назад ненадолго показалось, что всего этого может и не быть, когда новый глава Тверской губернии призывал отменить фестиваль из-за якобы угрожавшей его участникам свиной чумы, обнаруженной в тамошних местах. Чуму — не знаю уж, чью, — «Нашествию» в свой юбилейный год удалось преодолеть. И сие придало акции дополнительный победоносный налет. Плюс, конечно, порадовало обилие премьер на главной сцене фестиваля, где обычно «тяжеловесы» русского рока предпочитают ограничиваться подборками своих многолетних хитов.

Из трех фестивальных дней выигрышнее всех смотрелся субботний - собравший наиболее интригующий состав артистов и растянувшийся до воскресного рассвета.

Знакомым с тонкостями взаимоотношений, идейных и эстетических платформ отечественных рок-грандов само наличие в программе одного фестивального дня, на одной сцене «Алисы» Константина Кинчева, «Неприкасаемых» Гарика Сукачева и «ДДТ» Юрия Шевчука могло показаться занимательным. А если учесть, что к обеду за кулисы главной площадки «Нашествия» подтянулись друзья Гарика – Михаил Ефремов и Иван Охлобыстин (коим ночью предстояло феерить на воздвигнутой специально для них театральной сцене), картина станет еще колоритнее.

Кумир «алисоманов» всея Руси Кинчев со всеми вышеупомянутыми коллегами и знакомыми разминулся. Уже не впервые на данном фестивале «Алиса» предпочла сыграть полуденный сет и удалится. Перед отъездом Костя успел заметить журналистам, что «Року полезно быть в изгнании. Оно дает возможность делать выбор без конъюнктуры» и анонсировал грядущий альбом «Алисы» под многозначительным названием «2012».

Из неожиданных на главной сцене фигур, выступавших вскоре после «Алисы», запомнилась гиперстрастная альтернативщица Лу, она же, Лусинэ Геворкян, со своим проектом Louna. Экспрессии у Лу по-прежнему в избытке, но в рамках основной своей команды Tracktor Bowling, она, по-моему, смотрится поинтереснее. А еще был Князь из «Короля и Шута» с собственной группой, созданной в этом сезоне и способной запомниться уже одним своим драйвовым скрипачом.

Выступления «Крематория» и «Пикника», украшенные плясками фриков, дефиле Пьеро на ходулях и танцем шамана, стали как бы мини-блоком театрализованного рока, поющего о мифических героях. А потом пришел Гарик, в очередной раз объяснивший, как экстаз достигается без всяких «фокусов», скупыми средствами, одной, так сказать, неудержимой натурой. Горыныч в этот день за кулисами выглядел не слишком бодро, и думалось, что на «Нашествии» он выстроит себе «облегченный» лирический сет. Так, вроде бы, поначалу и складывалось. Приняв эстафету у Никиты Высоцкого, прочитавшего стихи отца и на пару с Оксаной Акиньшиной рассказавшего народу о давно ожидающемся фильме «Высоцкий. Спасибо, что живой», который должен появиться в прокате 1 декабря, Гарик исполнил «Коней привередливых» Владимира Семеновича.

Но определенная меланхоличность лидера «Неприкасаемых» развеялась на радостной, дворовой теме «За окошком месяц май», где ему задорно подпели друзья Миша и Ваня. С этой минуты Игоря Ивановича было уже не остановить. Он обнажился по пояс, швырял микрофон, плясал с ангелом и чертовкой, возникшими на сцене откуда-то с небес, поливался водой из бутылки, удерживаемой ниже пояса и т.п. Дело не кончилось даже незабвенной бабушкой, курящей трубку. «Неприкасаемые» выдали премьеру рок-н-ролла «Назад не повернуть», напомнившего отчего-то раннего Чижа.

Следующую премьерную песню – «Солнечный свет», в темноте завидовской ночи спел Юрий Шевчук. Это название он озвучил мне в нашем разговоре, а на сцене представил данную композицию как безымянную. Дважды останавливая свою группу, после того, как сбивался с текста, Юрий Юлианыч начинал «Солнечный свет» заново. Словно, чтобы публика лучше запомнила, что «слава богу, дорогая, до спасенья далеко», и думала «как испить эту чашу без дна»? Постепенно дошло и до «Родины», встреченной вспышкой десятков файров. На противоположной стороне поля, на «позитивной» сцене, менее трибунный, но не менее точный, поэтичный и честный Алексей Кортнев с «Несчастным случаем» тоже в этот час пел о родине «Шла Саша по шоссе».

Единение «Нашествия» становилось плакатным. Праведным сарказмом его позже укрепили Михаил Ефремов с фрагментами программы «Гражданин поэт», дважды с аншлагами исполненной в Театре Эстрады, и Иван Охлобыстин, готовящийся к загадочной акции «Доктрина 77» на БСА «Лужники» 10 сентября.