Вышло второе издание автобиографии Оскара Питерсона
Оскар Питерсон, огромный человек с большими руками, был очень заметен и как исполнитель. Его блестящая игра соединяла романтичность, блестящую технику и банальность в выборе репертуара. Сакраментальные слова: «слишком много нот» будто сказаны про Питерсона. Вот и «Джазовую одиссею» можно, пожалуй, сравнить с особенностями исполнительской манеры музыканта.
Книга в отличном переводе поначалу производит впечатление обычного размеренного жизнеописания. Но хронологический порядок соблюдается лишь вначале, когда речь идет о первых годах жизненного и творческого пути героя. В середине же она взрывается серией импровизаций — рассказы о музыкантах, с которыми работал пианист в зрелости, описание альбомов и памятных моментов. Это в итоге и оказывается главным — ведь узнать подробности жизни джазменов непросто. Достаточно взглянуть на большую часть биографий звезд этого стиля. Там все словно под копирку – родился, учился, записывался. Питерсон же выдает фейерверк шуток и прозвищ, историй и деталей. И эта несколько ироничная джаз-энциклопедия — описание характеров и судеб джазовой эры — летит вперед, будто свингуя. Вот лишь несколько сюжетов.
Леди Фиц и леди Дэй (Элла Фицджеральд и Билли Холидэй). Бесконечное удовольствие от таланта одной. Прелесть совместной игры и печаль от скандального общения с другой. На одном из концертов Билли, одурманенная наркотиками, не смогла продолжить выступление и обвинила в этом пианиста. Или трагическое завершение гастролей с Коулменом Хоукинсом. Великий саксофонист, уже очень больной, не смог начать играть, но и не хотел уходить со сцены — его с трудом отрывали от микрофонной стойки. Или шутливый рейтинг — шесть жестов Эллы Фицджеральд. По ним можно было определить, как певица оценивает коллектив во время исполнения бурной импровизации. Еще есть разговоры с мамой на кухне, поединки пианистов и аккомпанемент Фреду Астеру, а над всем этим царит Норман Гранц — промоутер, чья антреприза Jazz At The Philharmonic стала крупнейшей в истории джаза.
Джазовый Одиссей Питерсон играл, кстати, в СССР. Дело было в Таллине в 1974 году. Это выступление описал Сергей Довлатов. Писатель аплодировал так, что у него остановились новые часы. В Москве же концерт не состоялся — Госконцерт не выполнил условия контракта, и пианист в гневе покинул Златоглавую. Но об этом в книге нет ни слова.
