Вдова испугалась подробностей
Ева Бласик потребовала, чтобы Межгосударственный авиационный комитет убрал с сайта "чувствительные" подробности. По ее словам, МАК нарушил Чикагскую конвенцию, обнародовав их в своем отчете. Речь идет о состоянии останков генерала и результатах вскрытия. Напомним: российские эксперты обнаружили в крови погибшего Бласика алкоголь.
"Нет никаких юридических или практических оснований для раскрытия столь подробной информации. Она лишь дает пищу польским и зарубежным СМИ и причиняет дополнительные страдания родственникам", - сообщил адвокат семьи Бартош Ковнацкий. По его словам, вдова главкома пыталась воздействовать на МАК через самого премьер-министра Польши Дональда Туска. Однако тот, судя по всему, не внял доводам пани Бласик. Тогда она перешла в наступление через прессу.
Уже первые результаты расследования показали: генерал Бласик до самого трагического конца находился в кабине пилотов. Польские эксперты, принимавшие участие в расшифровке бортовых самописцев Ту-154М, без труда идентифицировали его голос. Есть даже предположения, что Бласик мог сидеть в кресле второго пилота. По крайней мере, у него была такая привычка, утверждают польские журналисты. Как бы то ни было, летчики 36-го спецполка польских ВВС испытывали психологическое давление из-за присутствия своего начальника. К таким выводам пришли российские эксперты.
Но вдове генерала они не понравились. "Мой муж был человеком чести, а сегодня кто-то пытается лишить его этой чести на глазах у всего мира. Доклад МАК - это позорная попытка очернить память моего мужа", - не сомневается Ева Бласик.
Пока же в Варшаве ждут отчета собственной комиссии под руководством главы МВД Ежи Миллера. Как писали "Известия", накануне поляки приняли участие в допросе российских диспетчеров - на него дала добро российская сторона. После этого следователи России и Польши выпустили совместное заявление. "Работа проводилась при полном взаимопонимании и строгом соблюдении норм международных договоров", - признает документ.
В Польше выйдет фильм о смоленской трагедии
"Прямо с неба" ("Prosto z nieba") - так называется фильм об авиакатастрофе под Смоленском, съемки которого полным ходом идут в Польше. Об идее картины корреспонденту "Известий" Екатерине Забродиной рассказал польский режиссер и сценарист Петр Матвейчик.
известия: Почему вы решили сделать фильм о смоленской катастрофе?
Петр Матвейчик: Вот уже десять месяцев эта тема не сходит с телеэкранов и страниц наших газет. Об авиакатастрофе говорят буквально все. Расследование, доклады, обвинения, подозрения, борьба партий... Но так вышло, что за политикой забыли о главном - трагедии обычных людей.
и: Я знаю, что в Польше многие устали от бесконечных спекуляций вокруг крушения президентского борта. В социальных сетях даже появляются акции наподобие "День без Смоленска"...
Матвейчик: Люди и правда от этого всего устали. Я сам устал. И потому решил рассказать об авиакатастрофе безо всякой политики. Рассказать даже не о национальной, а именно о человеческой трагедии.
и: Вы общались с семьями тех, кто погиб под Смоленском?
Матвейчик: Да, я говорил с некоторыми из этих людей. Но мой фильм - не документальный. Это картина-очерк. В ней рассказаны пять историй - каждая посвящена семье, которой, так или иначе, коснулась эта драма. Семья стюардессы, пилота, телохранителя, переводчика с русского языка, а также представителя семей жертв Катыни. У каждой мог оказаться родной человек на том злополучном борту. В тот день, 10 апреля, царила полная неразбериха. Все прильнули к экранам, пытаясь хоть что-то понять из сообщений, из новостей в интернете. Но первые несколько часов ничего толком не было ясно. Люди, о которых я рассказываю, тоже узнают эти страшные вести по радио или телевидению. От друзей, которые им звонят. Мы видим их страхи, надежды. Мы просыпаемся с героями фильма в пять утра и остаемся с ними до полудня, когда уже понятно: никто не выжил. Повторяю, я вовсе не собираюсь строить какие-то догадки, кого-то обвинять, становиться на чью-либо сторону. Я хочу показать трагедию простых людей и надеюсь, что зрители это оценят.
