А труа с телевизором

Не так давно в очень авторитетной и благородной компании зашла речь о влиянии телевидения на умы и сердца граждан. И один очень авторитетный и талантливый телевизионный начальник сказал: зря вы так нападаете на телевидение. Оно, сказал он вслед за Стендалем, только зеркало, которое несут по грязной дороге. Зеркало лишь отражает все как есть. Это во-первых. А во-вторых, если бы зрители хотели другого телевидения, то они бы давно проголосовали за это рейтингом. Так что корни общественных проблем надо искать не на экранах, которые по вечнозеленой привычке называют голубыми, а в семье.

Но что такое современная семья? Я как-то не к месту сразу вспомнил довольно ехидный рассказ Станислава Лема, в котором некие инопланетяне для полноценного размножения должны были сойтись втроем: у них было три пола, а не два.

Вот и у нашего современного ребенка - три родителя. Папа, мама и телевизор, который дитяти и нянька, и змий нашептывающий, и друган, и путеводитель. У современного отца две жены: единоутробная - и плазма. Прекрасная вечнозеленая плазма, на которой сияет Аршавин. У матери семейства два мужа: тот, что вечно на работе, и тот, что всегда с тобой, в красном углу. Незаменимый. Жидкокристаллический.

Зеркало ли он? Да нет, конечно, лукавит телевизионный начальник. Зеркало - прибор холодный и плоский, оно не густит, не закручивает тугим вихрем атмосферу в доме, не задает многосерийные стандарты поведения, не рулит слезными железами, не развешивает ценники на скобяные товары - и нежные чувства. А телевизор делает это с утра до вечера. Уверенно, настырно, почти без перерывов.

Люди, которые делают телевидение, уверены в нас: нам нужно то, что они нам предлагают в меню. Мы проглотим. Они твердо - и небезосновательно - подозревают нас в тайных пороках. Они чудесным консервным ножом из "Магазина на диване" вскрывают наше лицемерие - и предлагают отведать то, что подчас выглядит неприлично, но заводит. То, что грубо - но мясисто. Бифштекс должен быть с кровью. Паша с Дашей, отбросив стыд, приглашают меня дополнить их до сэндвича. Счас, только покурю на Comedy Club'е.

Они уверены, что мне понравится.

Помнится, мы затеяли с одним каналом игру "Последний живой", где, пародируя известный бренд, собрали читателей, в основном городских жителей, в умирающей российской деревеньке. Где и предложили им героически выжить - для начала печь истопить в холодном доме, найти дрова, потом работенку (денег у них был жалкий минимум). Ну и развлечения. Участники старались. Девчата устроились доить коровенок. Парни привели в порядок избу. Играли в футбол - да так, что деваха из Киева сломала ногу, и потребовалась реальная экспедиция, взаимовыручка и маленький подвиг, чтобы красавицу доставить в больницу, не оставив хромой навек.

На наш, газетный, взгляд все шло чудесно, реальная жизнь заполнила до отказа будни наших горожан. К ночи с непривычки они падали на тюфяки замертво. И только коллеги-телевизионщики мрачнели с каждым часом: нечего снимать. Утром я увидел, как они демонстрируют перед камерой презерватив, якобы найденный под лавкой и символизирующий: жизнь в избе заладилась и все пошло в традициях подобных шоу. "Точно нашли?" - поинтересовался я. "Подбросили, конечно", - сознались коллеги. Поскольку драматургически твердо знали: это должно было произойти!

Потом они поинтересовались: нельзя ли привезти в деревню слона? "Зачем?" - спросил я. "А чего, здорово, слон в деревне!" Надо признать, что они победили: слона мы в деревню таки доставили, а к нему и артиста "Ленкома" Виктора Ракова. Никогда с самой перестройки в местном клубе не собиралось столько народу! И только в углу тихо плакала милая девушка, читательница-участница, потому что после истории с презервативом, показанным по телику, ее бросил парень, о чем, озлившись, и сообщил по мобильнику.

"Ты ж теперь звезда. У тебя теперь парней будет сколько хочешь, - успокаивал ее опытный телевизионщик. - Твой-то чего, отсталый, что ли?" Она заходилась только пуще: не хочу других, хочу отсталого!

Захочешь, милая, других, куда ж ты денешься! Ребята с телевидения лучше знают, чего тебе на самом деле надобно! Не слыхала разве? Идет мировой кризис нравственных ценностей! Прогресс ускоряется! Религии рушатся, старая Европа шатается, мораль растворяется, традиционные ценности тащат на свалку! А тут ты со своими слезами. Лучше присоединяйся, у нас весело.

Нет, плачет.

Старая Европа смотрит на нее и думает: может, не все потеряно? Наши умчались за новыми рейтингами, забыв по голове погладить.

На вышеупомянутой встрече я получил еще одно подтверждение, что мы с телевизионщиками часто смотрим на мир по-разному. В ходе анализа успеха у масс милиционера Глухарева, а это и вправду грандиозный успех, было высказано мнение, что хорош он тем, что фрик. Зритель любит фриков.

А мне кажется, что Глухарь так пришелся ко двору тем, что он жизненней, правдивее и полнокровнее стандартных героев бесчисленных сериалов. (Он напоминает мне чем-то Петра Алейникова из старого советского кино, того тоже в предложенной системе ценностей можно назвать совфриком.) Он выбивается из ряда - и зритель тут же это чует, он в нем своего чует! Потому что нашего человека сколько в середку ни заталкивай, а он наружу выйдет, сколько в асфальт ни трамбуй, а разогнется, сколько ни катай его "Штрафбатами" да "Школами", а прорастет.

Но лучше бы каток попридержать. Чего своих-то утюжить? Пока еще плачут, пока еще смеются?

Тут один телекритик никак не мог уразуметь, на чем базируется успех милого комедийного сериала "Сваты", про что откровенно в своей статье и сообщил: ведь нет в нем ни пальбы, ни насилия, ни разоблачения сталинизма, ни злости, ни мерзости, а ведь это, он уверен, безошибочные слагаемые народного успеха! Это, братцы, симптом: далеко оторвалась от народа критика, если задается подобным вопросом. Чему учит успех "Сватов"? Тому, что с добрым сердцем, весело и разухабисто следовать традициям родной "Бриллиантовой руки" у нас куда полезней, чем бетонно-лицензионного "Закона и порядка". Плюс великий (просто еще великой роли не сыграл, но сыграет) Федор Добронравов.

Еще вчера те же телевизионщики с той же убежденностью уверяли, что народ страшно любит голливудские фильмы. На их покупку тратили бешеные деньги. Но постепенно было налажено производство отечественной продукции и - о, чудо! Зритель теперь любит здешние сериалы! Вообще успех отечественной попсы и сериалов, а также золотой запас отечественного кино и ТВ, который держит у экранов все долгие праздники, косвенно подтверждает, что отдельный цивилизационный потенциал Россия покуда не потеряла: осталось предложить ей в меню не только то, что телевизионным поводырям кажется нужным - а точнее, привычным и удобным, словно подброшенный презерватив, - но еще и то, что есть подлинный духовный, да пусть иногда и не шибко духовный, но народный запрос.

Влезши в каждую квартиру (и спальню) с идейно отобранными новостями, с пистолетом в наплечной кобуре, с монополией на развлечение, на стандарты потребления и поведения, с героями и антигероями, с сиалексом и флюкостатом, живо участвуя в стирке, мытье посуды и чистке наших унитазов, нельзя числить себя зеркальщиками-Стендалями, не причастными к воспитанию детей, атмосфере нетерпимости в стране, волнениям на Манежной и прочим тревожным делам семейным. Так нечестно - перед теми, кто продолжает смотреть телевизор.