"Дорз" открываются
8 декабря в российский прокат выходит первый полнометражный документальный фильм о каноническом явлении эры пацифизма, любви без табу и ЛСД - американской рок-группе "Дорз".
В среду же Джиму Моррисону, быстро и настежь распахнувшему все возможные "двери восприятия", стукнуло бы, странно представить, 67. Хроникерская лента Тома ДиЧилло (бывшего оператора фильмов Джима Джармуша) под названием "When You're Strange" голосом Джонни Деппа объясняет, почему этого не произошло.
С утверждением дорзовского клавишника Рэя Манзарека о том, что данная картина должна стать "истинной историей The Doors" и заодно противовесом знаменитому, двадцатилетней давности художественному фильму "The Doors" Оливера Стоуна, не хочется ни спорить, ни соглашаться. Сочтем, что некоторые теперешние мемуарные суждения любого из участников группы (Манзарека, в частности) - дело возрастное.
Лишь их бесконтрольному поэту-фронтмену Джиму довелось остаться там, в начале 1970-х, "вечно молодым, вечно пьяным". И только оттуда, через призму "расширенного сознания", могла, как ни парадоксально, просматриваться истина. Дальше и навсегда публику ждут лишь перечисление и интерпретация известных фактов с набором раритетных кинокадров и архивных телесъемок. Таков и полуторачасовой фильм "When You're Strange" - лапидарный, словно материал из Википедии с добавлением иллюстраций для фанатов.
В работе ДиЧилло нет ничего, что неведомо любому поклоннику "Дорз", так что в просветительском плане фильм полезен прежде всего рок-неофитам. Разве что некоторые эпизоды репетиций апокалиптическо-психоделического квартета, просуществовавшего одну пятилетку, вызывают повышенное внимание. В остальном - тезисный пересказ биографии команды, наложенный на еще более краткое изложение общественно-политической ситуации в мире конца 1960-х. И чеканный акцент на сверхскоростном саморазрушении Моррисона, ставшем для многих "ролевой моделью" или синонимом правдивого и свободного существования в современном мире.
У Стоуна между Моррисоном и "Дорз" фактически стоял знак равенства, что в общем-то почти правда. Джим представал синтезом Мика Джаггера, Сергея Есенина и Артюра Рембо. Вокруг него вращалось все, и от его состояния зависел ход вещей. В "When You're Strange" лейтмотив вроде бы тот же. Но иногда чудится, что "добрые товарищи" Джима - опять-таки тот же Манзарек (о гитаристе Робби Кригере, тем паче об ударнике Джоне Денсморе, когда-то воспротивившемся реинкарнировать "Дорз" без Моррисона, думается меньше) - слегка направляли автора сценария и режиссера ДиЧилло в иное русло.
Джим типа велик, конечно, икона и все такое, однако нот он не знал, петь изначально толком не умел. А подсев на наркотики, алкоголь и беспорядочный секс, становился порой столь несносен и опасен (мог просто вырубиться на сцене по ходу концерта), что, если бы не остальные члены The Doors, спасавшие стремные ситуации (однажды, например, Манзарек допевал полпрограммы за Джима), группа не протянула бы столько. Короче, господа, воспринимайте "Дорз" равноценным союзом, а не личным проектом Моррисона. Такой была "истинная история". До конца соблюсти сей предполагаемый паритет автору "When You're Strange", тем не менее, не удается.
Он начинает фильм с фантастического кадра, где реальный Джим за рулем широкой американской "тачки" несется по американской глубинке и слушает сообщение о собственной скоропостижной и загадочной кончине в Париже. А заканчивает историю, где есть место и лирике, и уязвимости, и беззащитности главного героя, патетической фразой: "Нельзя сгореть без огня". И Моррисон не развенчивается до уровня стандартной рок-звезды, не превращается в "участника ансамбля". Он остается особой единицей и частью магической троицы культовых 1960-х - вместе с Дженис Джоплин и Джими Хендриксом, ушедшими в 27. Джим и завершил этот "расчет".
