Песни для Магомаева
Первый Международный конкурс вокалистов имени Муслима Магомаева прошел в Crocus City Hall. И хотя большинство наград с помощью жюри, возглавляемого Тамарой Синявской, нашли своих обладателей, к магомаевским высотам никто из участников состязания не приблизился.
Накануне конкурса Тамара Синявская пострадала в ДТП в центре Москвы - в машину, в которой она ехала, врезалась другая легковушка. Знаменитая певица, проявив характер, не позволила ЧП повлиять на свою жизнь. Конкурс имени ее супруга прошел в полном соответствии с задуманным сценарием.
Для выступления перед публикой отобрали 14 человек. Статус международного конкурса обеспечивали представители республик бывшего СССР - Азербайджана, Белоруссии, Грузии и Молдавии. Хотя регламент допускает участие обладателей всех типов голосов, доминировали (что вполне естественно) баритоны. Все прослушивания предварялись и завершались самыми знаменитыми записями Муслима Магомаева. Когда по огромному залу разносилось: "Море, возьми меня в дальние дали..." - слезы на глаза наворачивались практически у всех присутствующих.
Участники должны были продемонстрировать свои таланты как в исполнении оперных арий, так и в легком жанре. Делать это им, к сожалению, пришлось в сопровождении некомпетентного оркестра, да еще и не в акустическом зале. Следовательно, результат во многом зависел не только от благосклонности жюри, но и от милости звукорежиссера.
Семерка членов жюри выставляла оценки открыто - непосредственно после выступления каждого участника - по десятибалльной системе. Публичное судейство оказалось непростым экзаменом не столько для конкурсантов, сколько для именитых арбитров. Самым строгим (и, пожалуй, самым справедливым) судьей оказалась Елена Образцова. Но зал чаще всего солидаризировался с баллами, выставленными Тамарой Синявской и Юрием Башметом. Наиболее непредсказуемым судьей был Мишель Легран: его оценки то вызывали у аудитории хохот, то срывали овации.
Но даже такой сильный ход, как прилюдное голосование, не отвратил жюри от принятия порой откровенно странных решений. Например, когда на сцене появлялся тенор Самир Джафаров и не мог совладать ни с одной нотой ни в ариях, ни в песнях, "девятки" и "десятки" все равно сыпались как из рога изобилия. Наблюдать за процессом подобного "волеизъявления", честно говоря, было неловко. Серебро было подарено певцу абсолютно незаслуженно.
Зато бронзу поделили между собой два куда более сильных исполнителя. В оценках меццо-сопрано из Белоруссии Оксаны Волковой иногда угадывалась ревнивая строгость знаменитых меццо Большого театра, но молодая певица с красивым и большим голосом выдержала непростое испытание. И абсолютнейшее чудо - 19-летний баритон Дмитрий Трифонов, который еще год назад пел в хоре в родном Хабаровске, а теперь если не покорил, так уж точно изумил столицу своим исполнением ариозо Онегина и неаполитанских песен.
Но золото жюри отдало другим конкурсантам. Двум баритонам - белорусу Илье Сильчукову и азербайджанцу Джавиду Самедову. Они, согласно судейским оценкам, ровнее остальных выдержали двухдневный турнир. Впрочем, яркого впечатления у публики не оставили. Диплом за "лучшее исполнение песни Магомаева" достался баритону Евгению Кунгурову, который очень выразительно и проникновенно спел знаменитую "Элегию". Гран-при и прилагающиеся к нему 30 тысяч долларов США справедливо остались вакантными.
Если ничто не изменит намерений организаторов - Фонда культурно-музыкального наследия Муслима Магомаева, следующий конкурс должен состояться через два года.
