Худяков по дороге к макрокосму
Московский автор Константин Худяков на выставке "Искусство высокого разрешения" представляет свою модель мироощущения - проникнутую рефлексией по прошлому, критикой настоящего и апокалиптическим предчувствием будущего.
Принято считать, что производство виртуально-цифрового искусства - прерогатива молодых. Мол, у них и мозги под это занятие заточены, и пальцами они быстрее снуют по клавиатуре, и вообще весь менталитет компьютерный. А "старая гвардия" уж какими-нибудь традиционными способами продолжит выяснять отношения с вечностью... Статистически так и есть, наверное, но без исключений тут не обходится. Одно из самых заметных - случай Константина Худякова, которого к молодежи при всем желании не причислишь. Что не мешает ему, человеку за шестьдесят, оперировать исключительно виртуальными образами. Причем сей энтузиазм выражается не только в приверженности к новейшим технологиям, но и в масштабах творимого. Многометровые принты говорят о неутомимости автора и даже, вероятно, о нацеленности на сверхзадачу. Дело попахивает эпосом - но вот что за тектонические сдвиги тут осмысляются и визуализируются?
Да сразу и не скажешь. И даже нет уверенности, что сам автор мог бы отчетливо сформулировать. Художник - он сердцем чувствует. Искусствоведы же разъясняют, что путем переноса акцентов от макрокосма к микрокосму и наоборот Худяков изучает новое качество цивилизации. Правда, понять это удается не сразу и не всякому зрителю, поскольку у цивилизации с самосознанием в принципе плоховато. Пока в газете не напишут, что одна формация сменила другую, многие и не заметят... Словом, искусство это футурологическое и визионерское. Связывающее прошлое с будущим по оригинальному рецепту, который в учебниках не прописан.
С суждениями подобного рода тянет немедленно согласиться: уж очень необычна арт-продукция (картинами эти опусы все-таки не назовешь), почти два десятилетия выходящая из мастерской Константина Васильевича и представленная ныне на выставке в Государственном музее современного искусства Академии художеств. Но одновременно что-то и настораживает. Эклектика, пожалуй, и чрезмерная разносторонность. Гораздо легче признать в каком-нибудь авторе пророка и медиатора судьбы, когда он методически долбит в одну точку. Худяков же пытается охватить по сути неохватное.
То реконструирует облик библейских праотцев и героев Нового Завета (проект "Деисис / Предстояние", наделавший много шума лет шесть назад, на нынешней выставке фигурирует в дополненном виде), то создает постмодернистские фантазии на тему советского тоталитаризма, то упражняется в оттенках эротики, то выступает в качестве элегического критика сегодняшней России, то предлагает апокалиптические видения - не столько пугающие, сколько декоративные (недавнее огромное панно "Ангел прилетел"). Многовато откровений свыше на душу творческого населения...
С упомянутыми технологиями тоже получается перебор. Ладно бы фигурировали лишь гигантские компьютерные распечатки (строго говоря, ультрахром на холсте), так ведь имеются еще и 3D-композиции, и интерактивные опусы в фирменном стиле "мультитач-арт", и компьютерная анимация, и динамические объекты. В результате возникает ощущение, что автор скорее виджействует, развлекает и прикалывается, нежели стремится сообщить что-то действительно важное. Разумеется, для оформления дискотеки эти труды не предназначены, но если бы вдруг появилась такая дискотека - пользовалась бы популярностью.
Удивительное дело: художник во всех своих установках последовательно антигламурен, а плоды его деятельности хоть сегодня применяй в целях увеселения "золотой молодежи". Сонмы виртуальных персонажей, которые должны олицетворять связь исторических эпох или служить аллегориями бесчеловечного будущего, выглядят болванчиками из какой-то компьютерной игры, чьи правила забыли объяснить - и от того выходит еще безбашеннее. Продвинутый зритель найдет здесь, конечно, многочисленные цитаты из истории искусства - и что? Будто он, продвинутый зритель, не встречал на своем веку цитат.
К тому же отдельные различимые реплики тонут в барочной избыточности, в технологических наворотах, в визионерских амбициях... И вот уже в голову закрадывается предательская мысль: а вдруг искусство будущего как раз таким и окажется? А что если Худяков правильно догадался насчет того, куда ветер дует? Да нет, отвечаешь сам себе, быть этого не может. Вон и арт-критики в большинстве своем этого автора недолюбливают, поскольку он вообще не в тренде. Ветеран сцены, конъюнктуры не знает... Но вдруг знает что-нибудь другое, повесомее? Да нет же, не может быть.
