Русский тур Леонарда Коэна
7 октября в столичном Кремлевском дворце российской публике обещано первое и единственное очное свидание с Леонардом Коэном. Знаменитый 76-летний канадский бард, поэт, писатель, в некотором роде маяк для нескольких поколений западных музыкантов и вообще интеллектуалов постбитнической поры приближался к России удивительно долго.
Его московский концерт отблескивает уникальностью. Кто знает, приедет ли Коэн к нам еще когда-нибудь?.. Мимо этой мысли не прошел и коэновский ровесник Владимир Познер, выступивший в кинотеатре "35 мм" перед показом документального фильма "Дамы и господа: Леонард Коэн", устроенным канадским посольством в преддверии приезда своего легендарного соотечественника в Москву.
В черно-белой ленте 1965 года будущего компаньона ордена Канады застигли в ситуации невыразимого предчувствия и сладко-ироничной уединенности. По родному заснеженному Монреалю он перемещался как силуэт или приезжий. Он и был в тот момент приезжим - с далекого греческого острова Гидра, где Леонард Натанович Коэн, сын еврейского торговца трикотажем и литовской эмигрантки, выпускник престижного Макгилловского университета, укрывался в середине 1960-х от внешнего мира. В обществе своей подруги Марианны Дженсен, ее сына и способствующего креативным порывам вещества ЛСД (тридцать лет спустя он, предсказав скорый апокалипсис, еще глубже уединится в лос-анджелесском дзен-буддийском центре).
На острове Леонард написал два своих первых романа (в которых можно услышать отдаленную перекличку и с Воннегутом, и с Генри Миллером), сборник стихов "Цветы для Гитлера" и, видимо, созрел для перемещения в Штаты - в ту среду, где правил Энди Уорхол. Хотя в фильме "Дамы и господа: Леонард Коэн" герою еще довольно холодно. Он искренне общается с окружающим урбанистическим миром, но не слишком нуждается в нем и стремится к своему островному теплу. Ему словно надо подытожить прошедшую биографию и подготовиться к совсем другому пути.
Примечательно, что из этой документальной ленты Коэн запросто мог бы перескочить в хуциевскую "Заставу Ильича" или сменить на сцене Политеха Андрея Вознесенского... Бродский, Аксенов, Довлатов, Окуджава, Коэн вполне выстраиваются в один семантический ряд. Удивительно, что в России канадского пиита заметили не сразу и совсем не масштабно. Даже когда уже в достаточно зрелом возрасте к нему пришел всемирный успех фолк-джазового шансонье, когда в разных версиях зазвучала его "Аллилуйя", а три темы из альбома "The Future" попали в саундтрек к "Прирожденным убийцам" Оливера Стоуна, о Коэне в России говорил лишь узкий круг посвященных. Французские менестрели, тот же Азнавур, отчего-то принимались у нас значительно теплее. Собственно, и книги Коэна начали издаваться в русском переводе лишь в "нулевых".
На Западе же влияние Коэна сопоставимо, наверное, с тем, что оказал на наших музыкантов и слушателей Владимир Высоцкий. Его песни поют Дайана Росс и Джоан Баэз, Нил Даймонд и Джо Кокер. Пятнадцать лет назад вышел сборник "Tower Of Song", где коэновские темы записали Боно, Элтон Джон, Билли Джоэл, Стинг. Чуть раньше, в 1991-м, в сборнике-посвящении Коэну с показательным названием "I'm your Fan" поучаствовали Ник Кейв, Джон Кейл, The Pixies, R.E.M и другие. Под тему "Democracy", написанную светлым пессимистом Коэном, прячущим ныне седые волосы под темной шляпой, проходила инаугурация президента Билла Клинтона.
Несколько лет назад почтенного канадца ввели в "Зал славы рок-н-ролла", причислив к "влиятельнейшим музыкантам эпохи". Примерно тогда же мэтр после 15-летнего перерыва решил поехать на гастроли. Его нынешний осенний тур по Старому Свету плавно докатился за полтора месяца от Лиссабона до Восточной Европы. Наконец удалось убедить артиста заглянуть и в Москву. Встречайте, дамы и господа, Леонард Коэн!
