Батюшки спустятся с небес
В Рязанском высшем воздушно-десантном командном училище им. В. Маргелова, возможно, уже с 2011 года начнут готовить священников для армии и флота. Об этом заявил зампредседателя синодального отдела РПЦ по взаимодействию с Вооруженными силами протоиерей Михаил Васильев. По его словам, наряду с представителями РПЦ в Рязани будут обучаться муллы, ламы и священнослужители других верований. Впоследствии планируется назначать их на должности помощников командиров по работе с верующими военнослужащими.
По данным военных социологов, в армии сейчас более 70% военнослужащих считают себя верующими, в том числе 80% относят себя к православным христианам, около 13% - к мусульманам, около 3% - к буддистам, 4% - к приверженцам иных верований. Так что возвращение священнослужителей традиционных для России религиозных конфессий вполне закономерный и необходимый процесс.
- Священники традиционных конфессий в войсках необходимы, - подтвердил "Известиям" член Общественного совета при Минобороны Игорь Коротченко. - Особенно в регионах со сложной социально-политической обстановкой, а также при ведении непосредственных боевых действий. Вера укрепляет моральный дух солдат, способствует нравственному очищению и делает мотивированным и осознанным выполнение воинского долга даже там, где есть риск погибнуть в бою.
Подготовка священников для армии на базе Рязанского десантного училища оправданна, считает Коротченко. Это ведь одно из самых престижных и легендарных учебных заведений в Российской армии. О программе пока известно, что она будет продолжаться три месяца. Священник, прошедший курс обучения (в который, кстати, входят и прыжки с парашютом), будет пользоваться авторитетом в воинских коллективах не только в силу своего сана, но и как человек, владеющий навыками действий в реальных боевых условиях. Предполагается, что священники будут - как и в царской армии - непосредственно находиться в боевых порядках, кораблях и подводных лодках, наравне с солдатами и офицерами нести все тяготы воинской службы.
В рамках придания "нового облика" Вооруженным силам Минобороны неоднократно высказывалось в пользу появления в войсках священнослужителей. В инициативном порядке они появились в армии еще в первую чеченскую кампанию. По данным РПЦ, четверо священнослужителей погибли, десять были ранены. Не так давно Минобороны наградило орденом Мужества отца Дмитрия Василенкова.
В тех же ВДВ активно работает отец Михаил - священнослужитель, прошедший с десантниками "огонь и воду" чеченских кампаний, недавние события в Киргизии. Всего в десантных войсках внештатно служат 13 священнослужителей, девять из них регулярно совершают прыжки с парашютом. Как говорят десантники, у них даже есть специальный десантируемый храм.
- Мы должны иметь профессиональные навыки, - высказал свое мнение по поводу спецподготовки священнослужителей "Известиям" отец Михаил. - В дореволюционной России была Военная семинария. В тех же США существует центр подготовки капелланов для всех сил НАТО. Я видел программу их подготовки: специальная топография, оказание первой медицинской помощи или даже навыки того, как правильно открывать-закрывать дверь БТР и не прищемить себе при этом пальцы. Нам нельзя отставать.
Важно и то, считает отец Михаил, что представители различных традиционных конфессий в Рязани будут учиться вместе, в одной аудитории. Это позволит не только получать знания о тех условиях, в которых несет службу наша армия, но и сохранить межконфессиональный мир в воинских коллективах.
РПЦ и армия: проблемы взаимоотношений
Введение института священнослужителей в Российской армии имеет очень много проблем. Патриарх Кирилл 2 февраля 2010 года на Архиерейском соборе в Москве сказал, что у самой церкви для этого нет достаточно священнослужителей. "С октября прошлого года действует отдел военного духовенства при штабе Северокавказского военного округа, - подчеркнул Предстоятель. - По моему поручению Управление делами Московской патриархии и Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными силами направляли архиереям Южного федерального округа циркуляр с просьбой выдвинуть в совокупности 30 кандидатур военных священников. К сожалению, кандидатуры были определены с большим опозданием в меньшем числе, чем то было необходимо. По прибытии на сборы оказалось, что большинство священников не представляют себе, куда и зачем они приехали. В итоге большинство из них попросту уехали со сборов".
Патриарх рекомендовал тщательней отбирать кандидатов из числа монашествующих или священников, отслуживших в армии на профессиональной основе. Но и здесь возникает ряд вопросов. Например, устав требует, чтобы монашествующие священнослужители находились при монастырях. Если уж они попадут в воинские части, то там пока определен и нигде не прописан их статус. В итоге Минобороны не может предоставить им жилье, взять на довольствие. Обычных священников (как правило, это семейные и многодетные люди) не устраивают материальные условия, которые предоставляет Минобороны (денежное довольствие - не выше 20 тыс. рублей).
Есть и проблемы, так сказать, "специальной подготовки кадров". Например, какое успокоение может дать монашествующий священнослужитель солдату, пришедшему к нему с личной проблемой - "изменила девушка". Бывшие военные, ставшие священниками, не имеют богословского образования и, как правило, обладают знаниями проведения богослужения и исполнения треб. Дать ответ на сложный вопрос (например, касающийся заповеди: "Не убий", за нарушение которой по учению Святых отцов полагается отлучение от причастия на три года) они вряд ли сумеют. Ответы на все эти вопросы может дать только богословски опытный, житейски состоявшийся человек. Таких, как признают в самой церкви, у них нет. И подготовить специалистов за короткий срок, даже на специализированных курсах при военном училище, к сожалению, невозможно.
