Мужчины действуют молча
Московский кинофестиваль в разгаре. Жюри под руководством Люка Бессона продолжает просмотр основной конкурсной программы.
Среди 17 картин - "Беса" сербского режиссера Срджана Карановича. "Беса" по-албански означает "зарок или клятва верности", которую слуга Азем дает своему хозяину, директору школы Филипу. Тот уходит на Первую мировую войну, оставляя ему на попечение жену Лею. Исполнитель роли Азема, один из крупнейших европейских актеров Предраг (Мики) Манойлович приехал на фестивальную премьеру. У любимого актера Эмира Кустурицы и Горана Паскалевича редчайшее амплуа. На экране он стопроцентный мужчина - красивый, яркий, с легкой ноткой брутальной нежности. Сыгранная им роль албанца Азема - заявка на награду в актерской номинации. С Мики Манойловичем встретилась обозреватель "Известий".
известия: Ваш герой в фильме полюбил Лею, но обещание, данное ее мужу, не позволяет ему рассказать о своей любви.
мики манойлович: Но разве обязательно говорить о любви? Ее можно выразить поступками. Мне потому и понравилась эта история - в ней много действия, ярких поступков, а еще больше невысказанной нежности. Речь ведь самое примитивное средство коммуникации. В молчании Азема больше смысла. Для актера это сложная, но очень продуктивная задача.
и: Ваш герой еще образец морали и нравственности.
манойлович: Да, он редкий сегодня человеческий экземпляр. Людей, которые соблюдают законы морали внутри себя, становится все меньше. Ведь сегодня нравственность, увы, уходящая духовная категория. Она меняет свой облик, да и люди, мне кажется, сейчас гораздо слабее. Первой страдает в обществе мораль. В любой стране - независимо от строя или континента.
и: Есть одна духовная категория - вера в Бога. При этом у каждой религии свои моральные константы. Какую выбрать?
манойлович: На мой взгляд, религиозные институты, как христианские, так и мусульманские, сегодня слишком увлеклись земной политикой. И все чаще забывают о своей миссии защищать и умножать добро на земле. Не подумайте, что я пессимист. Но я и не глупый оптимист. Манипуляция человеком существовала всегда. Однако то, что происходит в первое десятилетие нынешнего века, несравнимо с тем, что было в прежние времена. И фильм "Беса" напоминает о том, что человек может и должен оставаться человеком. Всегда.
и: В вашей фильмографии есть фильм "Бесы Санкт-Петербурга", в котором вы сыграли Достоевского.
манойлович: Это громко сказано - играть Достоевского. Это невозможно. С другой стороны, его произведения уже являются частью мировой культуры. Поэтому для себя я выбираю другой глагол, более осторожный и, мне кажется, более точный - "осмелился". Да, через образ Достоевского я осмелился показать свое отношение к русскому гению. В фильме сюжет был ограничен всего четырьмя днями из жизни писателя - это период, предшествовавший публикации романа "Игрок".
и: В жизни вы тоже игрок?
манойлович: Нет, я предпочитаю другие риски. Я люблю все процессы доводить до совершенства. Иногда это приводит не к самому хорошему результату...
Благодарим за содействие в интервью студентку МГУ Дарью Костюченко и службу гостей ММКФ.
"Беса" - история любви
Из чего складываются отношения двух людей, противоположность которых столь очевидна? Он - смурной, молчаливый, необразованный крестьянин. Обремененный большой семьей - жена, дети, внуки. Она - рыжеволосая красавица, играющая на фортепиано. Режиссер Срджан Каранович ("Виргиния") до предела сужает пространство фильма: комната Леи, учебный класс, школьный коридор и отгороженный от внешнего мира двор. Сербы воюют с Австро-Венгрией, а Лея из Словении. Ее, бывшую подданную империи, да и еще немецкоговорящую, причисляют к врагам...
Каранович в беседе после фильма специально подчеркивал, что вовсе не стремился снимать политический фильм: "Я родился в Югославии, я очень любил свою страну с разными культурными и историческими традициями. Я по-прежнему считаю себя югославом и до сих пор скорблю о гибели моей многонациональной страны. Поэтому мой главный герой - албанец, героиня - словенка, а их военное окружение - сербы. Все они для меня люди, а не представители этнических групп. В Белграде меня обвиняли в том, что я показываю положительного албанца и критикую свою нацию - сербов. Албанцы, наверно, сказали бы наоборот. Но это голое политиканство. Я снимал фильм о мужчине и женщине, о любви, об условиях, когда проявить любовь - значит совершить поступок с большими последствиями".
По окончании сеанса Срджан Каранович вглядывался в лица выходящих из зала зрителей. Многие подходили к нему и, не скрывая восторгов, благодарили за подаренные эмоции. Говорили по-русски, но перевод не требовался...
