Послепетровские святые со всей России
Выставка "Все остается людям" в Музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева продолжила серию показов, представляющих иконы из обширной коллекции Виктора Бондаренко.
Еще относительно недавно, в поздние советские годы, частное собирательство икон считалось занятием крамольным и почти криминальным. Мало того что подобная деятельность противоречила антирелигиозным установкам государства, в неменьшей степени негативным выглядел "валютный фактор". В советской стране почти все иконы, за исключением некоторых памятников древности, считались предметами, не имеющими ни культурной, ни денежной ценности. А иностранцы за эти "доски" готовы были платить высокие цены в долларах. Процветала контрабанда, нередко сопряженная с воровством из сельских храмов и обманом наивных старушек...
Такие случаи бывают и сегодня, но можно с уверенностью сказать, что отток православных икон за границу стал существенно ниже. Более того, все явственнее обозначается обратный маршрут - оттуда сюда. Во многом это связано с легализацией отечественных коллекций. Одна из крупнейших в стране принадлежит Виктору Бондаренко, который не только копит сокровища, но и периодически публикует то, что ему удалось заполучить. Нынешняя выставка в Музее Рублева - уже третья из числа открытых показов, устроенных собирателем за последние годы. Ранее в Третьяковской галерее проходили выставки "И по плодам узнается древо" и "Иконопись эпохи династии Романовых". Суммарно это сотни икон, в большинстве своем не известных прежде ни специалистам, ни просто ценителям. Каждая экспозиция сопровождалась подробным научным каталогом с атрибуциями и комментариями.
На сей раз демонстрируется более 120 икон, никогда раньше не предъявлявшихся публике. Хронологический диапазон этой выставки у кого-то может вызвать разочарование: самый ранний из образов датирован началом XVII столетия, большинство же относятся к XVIII-XX векам. Среди музейщиков и коллекционеров существует традиционное предубеждение против икон послепетровского, так называемого "синодального" периода. Вернее, существовало до последнего времени. Сегодня иконы, писанные изографами в последние три столетия, постепенно "реабилитируются". Былое высокомерие сменилось живейшим интересом. Стоит заметить, что в немалой степени пробуждению этого внимания способствовала как раз деятельность Бондаренко, хотя его коллекционерский стаж всего-то чуть более десяти лет. За столь короткий срок он сумел перещеголять многие наши музеи не только "фондами", но и качеством исследований, не говоря уж о реставрации, которая поставлена у него по высшему разряду.
Кроме хронологии здесь важна еще и география. Столичные мастера, конечно, всегда задавали тон, но региональные школы иконописи бывали настолько интересны и самобытны, что без них общая картина обеднела бы радикально. Изографы из Ярославля, Вологды, Костромы, Палеха, из северных и заволжских земель, даже из Тобольска обладали собственными секретами, особенностями манеры, излюбленными сюжетами. Византийские и древнерусские каноны менялись - иногда едва уловимо, иногда очень даже существенно и не без влияния "басурманской" живописи. Разбираться в этих переменах и тем более находить в них достоинства еще недавно было не очень уместно. Но времена меняются прямо на глазах.
