Евсюков поговорил с цветами и поехал убивать
Во вторник в Мосгорсуде продолжился процесс над майором милиции Денисом Евсюковым. В качестве свидетелей допрашивали его подчиненного Эдуарда Семенова, 58-летнего Виктора Евсюкова, отца майора-убийцы, и супругу подсудимого, экс-солистку группы "Стрелки" Каринэ Тонаканян. Последняя выразила соболезнование потерпевшим и заявила, что все равно любит мужа.
Когда судья вызвал на допрос супругу Евсюкова, по залу суда прокатился гул. Евсюков замер. Экс-солистка группы "Стрелки" Каринэ Тонаканян была, как всегда, грациозна и на редкость спокойна. Вот только, встав за трибуну, старалась не смотреть в сторону мужа.
- После празднования дня рождения мы поехали домой на моей машине, - начала рассказывать Каринэ по обстоятельству дела. - А когда приехали, Денис, протопав прямо по подаркам, в обуви зашел в комнату. А потом я услышала какое-то бормотание. Захожу, а он с цветами разговаривает. Потом он оделся и ушел. Я позвонила родителям, мы стали искать его по дворам. Я очень переживала за него.
По словам свидетельницы, когда через некоторое время позвонил друг мужа Максим Глухарев и рассказал, что произошло, с женщиной произошел шок.
- Мне вызвали "скорую". До сих пор не пришла в себя, - пожаловалась Каринэ. - В последнее время Денис уставал, был замкнут. Спал тревожно... Я не могу объяснить, что произошло. Глядя на видео, я вижу не мужа, а кого-то чужого в его теле.
Когда вопросы у суда иссякли, Каринэ неожиданно обратилась к потерпевшим.
- Пользуясь моментом, хочу выразить соболезнования родственникам потерпевших, - сказала Каринэ. - Несмотря на то что было совершено, я все равно люблю его за доброе и справедливое сердце. Он не был способен на такие поступки, иначе бы я с ним не прожила десять лет. Знаете, в него, как говорят, бес вселился...
После речи жены Евсюков попросил слово.
- Каринэ, спасибо, что пришла на заседание, хотя я понимаю, насколько это было сложно, и хочу выразить искренние чувства к тебе, - произнес подсудимый.
- Взаимно, - ответила Каринэ и проследовала на свободное место.
Другого свидетеля, работавшего начальником уголовного розыска ОВД "Царицыно", Эдуарда Семенова, попросили рассказать о праздновании дня рождения подсудимого за несколько часов до расстрела.
- Я приехал примерно в два часа дня к ресторану "Авиньон", - начал рассказывать Семенов, покосившись на бывшего начальника. - Там уже были родители, жена Каринэ, ее родители, начальник криминальной милиции Максим Глухарев, начальник участковых Александр Кузнецов и остальные. Всего около 30 человек. Из руководства ГУВД не присутствовал никто.
Празднование, по словам свидетеля, длилось до девяти вечера. После чего гости стали расходиться. Поехал домой и Семенов. Однако Евсюков позвонил и попросил вернуться, чтобы отметить событие узким кругом - уже в кафе "Голден Тайм".
- Когда я приехал в кафе, там был Денис Викторович с супругой и еще две пары, - вспоминал свидетель. - Поначалу Евсюков был веселым и общительным, но потом ему позвонили на мобильный. Из разговора я понял, что кто-то подошел к кафе и вызвал его на улицу. Он отошел минут на 15, вернулся мрачным. Немного посидел и направился в туалет. И вдруг упал, хотя выпил немного. Я помог ему подняться, и с этого момента он молчал.
Супруга, по словам свидетеля, тоже ничего не добилась от мужа. Тогда она позвонила его коллеге Максиму Глухареву, чтобы он помог. После того как Глухарев подъехал к кафе, причем за рулем сидел не он, а еще не установленный судом знакомый Евсюкова, майор согласился поехать домой.
До этого дня кафе "Голден Тайм" и незнакомец, приходивший туда, не фигурировали в деле.
- Почему вы ранее не сообщали о втором кафе? - спросила свидетеля защитница потерпевших Ирина Хрунова.
- Меня никто не спрашивал, - пожал плечами Семенов.
После Семенова в зал суда был вызван отец подсудимого Виктор Евсюков. Он безуспешно старался держаться спокойно.
- У меня был шок, когда я узнал, что сын устроил стрельбу в супермаркете, - сразу начал говорить отец обвиняемого, не дожидаясь вопроса судьи. - Я, моя супруга, вся моя семья не можем понять, что случилось с человеком. Такое преступление мог совершить только человек с помутненным сознанием. Первая фраза, которую я от него услышал после ареста: "Батя, я ничего не помню. Я не помню, что со мной произошло".
Денис Евсюков слушал отца, опустив глаза. После этого он впервые за весь процесс попросил слово.
- Прости, что опорочил нашу фамилию, - спокойно произнес он.
