Небо-тюльпан и вишневая лошадь
Московская галерея "Дом Нащокина" открыла выставку под названием "Памяти Гаянэ из Тифлиса" - ретроспективу знаменитой художницы Гаянэ Хачатрян, ушедшей из жизни минувшей весной.
Среди всевозможных трендов и тенденций, которые породил в искусстве ХХ век, есть и феномен "наивных художников". Рафинированные интеллектуалы стали живо интересоваться творчеством людей без профессионального образования, находя в нем свежесть взгляда и оригинальность мысли. От авторов вроде французского таможенника Руссо или грузинского вывесочника Нико Пиросманашвили потянулась цепь самодеятельных живописцев, чьи работы уже не казались неумелыми чудачествами, а воспринимались всерьез.
К этой плеяде принадлежала и Гаянэ Хачатрян, несколько десятилетий слывшая легендой старого Тбилиси. Рассказы о странной, но чрезвычайно талантливой художнице передавались из уст в уста. Со временем возникла даже традиция паломничества: к Гаянэ приезжала интеллигенция из Москвы, Ленинграда, других городов - приезжала за чудом. Сергей Параджанов превозносил ее холсты до небес, Андрей Тарковский неоднократно получал от автора произведения в подарок. Беседы с Гаянэ записывали в дневники, сюжеты ее картин анализировали в сугубо искусствоведческих терминах.
Разумеется, восприятие во многом зависит от экзальтированности зрителя. Где один найдет лишь причудливые фантазии, другой обнаружит признаки визионерства. Расценивать работы Гаянэ Хачатрян как космические прозрения - очевидная крайность. Но созданные ею образы действительно не от мира сего. Они - от мира поэзии. Изобразительный карнавал на этих холстах и рисунках не поддается однозначной расшифровке. Отсутствие логических связей между персонажами и мизансценами с успехом заменяется связями сновиденческими. Дамы в кринолинах, ангелы, сфинксы, дервиши и циркачи едва ли что-то символизируют по отдельности, но обретают значение в совокупности. Причем значение это для каждого зрителя останется своим, ни с кем не разделенным. Заглавия произведений, обычно призванные помочь разобраться в сюжетах, здесь мало что дают: они сами по себе являются образчиками поэзии - помянуть хотя бы названия вроде "Лестничная комната арфового веера" или "Небо-тюльпан, вишневая лошадь".
Иногда кажется, что пора такого искусства прошла вместе с породившим его ХХ веком. И не в том дело, что перевелись талантливые самородки - скорее, исчезает благодарная аудитория. Хотя, с другой стороны, в основе таких явлений, как творчество Гаянэ Хачатрян, всегда лежит миф о художнике, смотрящем не на поверхность предметов, а на суть вещей. Мифологическое же сознание неистребимо во все времена.
