Верхом на звезде
Тридцать лет исправно посещающий наше отечество сэр Элтон Джон наконец дотащил до России свой красный рояль "Ямаха", навсегда увезенный из концертного зала Colosseum в лас-вегасском Caesars Palace.
Посмотреть на поп-артовый перформанс Джона "The Red Piano", поставленный известным фотографом-дизайнером Дэвидом ЛаШапелем, собрался полный столичный "Олимпийский", включая Наоми Кэмпбелл и еще ряд гламурных персон. Соединение в одной программе одухотворенной композиции "Believe", мемориальных "Daniel" и "Candle In The Wind" с надувными хот-догами, бананами и женскими прелестями, парившими над просторной сценой ни у кого из присутствующих не вызвало пуританского отторжения.
Десятки грузовых траков возле крупнейшего столичного спорткомплекса и солидные очереди к билетным кассам стадиона за пару часов до начала действа сигнализировали о значительности грядущего сейшена. Московским выступлением Джон начал завершающую часть европейского прощания с "красным роялем". В его ближайшем маршруте - Хельсинки, Антверпен, Дюссельдорф, Цюрих, Роттердам, Барселона... А в игорной столице Америки, где "The Red Piano" демонстрировалось пять лет подряд, в свободные дни от стационарного шоу в Colosseum Селин Дион, последнее "кумачовое" представление Элтон словно специально провел в день рождения "вождя мировой революции" Ленина - 22 апреля. Года за два до того музыкант по примеру своего знакомого сэра Пола Маккартни рассчитывал сыграть на Красной площади на инструменте аналогичного цвета. Не вышло...
Джон вообще к экс-советским славянам весьма толерантен. Они ему часто чего-то не дают, а он все равно сюда едет и поет со свойственной ему эксцентрикой и улыбкой. Титулованный маэстро-очкарик, коробящий многих своей сексуальной ориентацией, хочет, чтобы в Москве разрешили гей-парад - его обламывают. Попытался недавно усыновить украинского ребенка - тоже сорвалась. Другой бы обиделся, но не Элтон...
К московскому концерту поводов для грусти у Джона стало еще больше. 2 сентября скончался клавишник Гай Бэбилон, игравший в группе Элтона более двадцати лет. Шоу, однако, как пел другой гей-идол Фредди Меркьюри, "должно продолжаться". И в "Олимпийском" за клавишами в бэнде Джона появился Ким Баллард, а в память о Бэбилоне в прологе концерта показали короткий видеоролик. Вернее, это был уже не совсем пролог. Прежде многотысячную аудиторию "разогревал" довольно продолжительным и пресноватым сетом (особенно в контексте предстоящего скабрезно-возвышенно-карнавального действа) прилетевший с Элтоном автор-исполнитель Тед Томпсон. Впрочем, его выступление оставило надежду на то, что на сей раз в "Олимпийском" все будет звучать неплохо. Так и произошло. Джоновский саунд в нашем "сарае" не вызвал нареканий, что бывает крайне редко.
Визуальная составляющая доминирует в программе "The Red Piano". Те 17 композиций (в Москве прозвучало 18 - специально для россиян в середине вечера Джон исполнил свой шлягер из середины 80-х "Nikita"), что составляют плей-лист шоу, являются главными и давнишними хитами певца и уже многократно им исполнялись в тех же самых городах, по которым он сейчас колесит. Поет их Элтон со стабильным драйвом и неизменным набором жестов и настроений. Где-то вскочит, где-то похулиганит, топнет ножкой по роялю в духе Джерри Ли Льюиса, где-то впадет в меланхолию. Но вот сценография, как в "The Red Piano", у Джона возникает нечасто.
Данный спектакль, который сэр открыл песней 1973 года "Bennie & The Jets", сидя у красного рояля, на красном табурете, в красной рубахе и черном фраке с вышитым на спине собственным ликом, привлекал прежде всего калейдоскопом китчевых картинок. Собственно, эпицентр сцены в виде звезды, на которой "верхом", как выразился бы Найк Борзов, разместился Элтон, смотрелся чуть гротескно, но графически любопытно, особенно с верхних ярусов арены. Задник сцены, представлявший собой огромный экран, по насыщенности видеоряда и достигаемому эффекту, возможно, превосходил шоу Джорджа Майкла или Кайли Миноуг. Ну а громадные надувные предметы массового фетиша современного человечества озорно завершали общую картину.
Исполнив уже в начале эпическую "Believe", сменившуюся темой "Daniel", посвященной американскому журналисту, погибшему в Пакистане, Джон через "космическую" "Rocket Man" перешел к более бравурной части сейшена. Апофеозом эмоций стал хит "I'm Still Standing", во время которого Элтон позволил десятку товарищей из VIP-партера взойти к нему на подиум и поплясать вокруг инструмента пролетарского цвета. Кто-то даже попытался - в стиле самого Джона - вскочить на рояль.
В эпилоге чуть округлившийся за последние годы сэр исполнил душевную "Your Song", надул из четырех исполинских букв слово LOVE с алым сердцем и махнул всем ручкой.
