"Пожар в доме купца Быкова сильно напоминает сюжет с Манежем"
В среду Москва лишилась уникального памятника - сгорел дом купца Быкова (2-я Брестская, д. 19/18, кор. 1). Возведенное ровно сто лет назад в 1909 году архитектором Львом Кекушевым, здание считалось одним из лучших произведений родоначальника московского модерна. Эксперты уже назвали это самой значительной архитектурной потерей со времени пожара в Манеже 2004 года. Возникают, впрочем, и другие параллели с громкой историей 5-летней давности: и там, и здесь огню предшествовали затяжной спор между хозяйственниками-коммерсантами и защитниками истории. "Известия" попытались разобраться, не стал ли и нынешний пожар способом решения конфликта интересов.
Пожар начался в среду в половине четвертого. Тушить здание приехало 20 пожарных машин.
- Наши окна выходят прямо на этот дом, - рассказал "Известиям" на условиях анонимности сотрудник одного из офисов, расположенных на 2-й Брестской. - Сначала из середины крыши повалил дым, потом появился огонь. Пожарные приехали минут через 30 и долго разворачивались. К тому времени, когда начали тушить, огонь полыхал и на четвертом, и на втором этажах. Окна заволакивало дымом так, что временами ничего не было видно. Ребята из компьютерного отдела фотографировали из окон в противогазах. Смотреть было больно - для тех, кто ценит архитектуру, это было как смерть близкого человека.
Дом действительно уникальный: комплекс строений по 2-й Брестской улице, 19/18 (корпуса 1, 2, 4) - ансамбль доходных домов купца Василия Егоровича Быкова. Сгоревший дом построен основоположником московского модерна Львом Кекушевым, строение 4 переделано им же из более старого здания. Сохранность дома была уникальна для наследия архитектора - в доме можно было видеть первоначальные оконные переплеты и лестничные ограждения авторского рисунка. Арку ворот замыкала львиная маска - авторский автограф Льва Кекушева. "Известия" уже писали об этом доме в рубрике "Осторожно, Москва!" 05.02.2008, опасаясь за его судьбу, но такого радикального развития ситуации предположить не могли.
Дело в том, что некоторое время назад здание вступило в стадию перестройки - в 2005 году владелец всего участка - Институт автоматизации проектирования РАН заключил инвестиционный контракт с ООО "Финансист". Предполагалось снести корпус во дворе (строение 3) и застроить двор многоэтажным домом, оставив от корпусов, выходящих на улицу, одни фасады. Параллельно с этим шел другой процесс - по инициативе защитников наследия дом был включен в список зданий, которые могут претендовать на охрану со стороны государства как памятники истории и архитектуры.
- В 2008 году был определен предмет охраны, - рассказала "Известиям" пресс-секретарь Москомнаследия Наталья Логинова. - Здание было признано выявленным объектом культурного наследия. Это накладывает ограничения - его нельзя снести и вместо него построить новый. Возможна лишь реставрация с определенной долей приспособления к современным условиям, если это необходимо. Если инвестиционный контракт был заключен раньше, то требуется пересмотр контракта. Естественно, сейчас мы будем разбираться в том, что произошло.
- По большому счету, со времен сгоревшего Манежа это самое ценное в архитектурном смысле здание в Москве, поврежденное пожаром, - прокомментировал "Известиям" ситуацию координатор движения "Архнадзор" Константин Михайлов. - Да и вообще пожар в особняке Быкова сильно напоминает сюжет с Манежем. Там была похожая ситуация: существовал проект реконструкции, давно вынашивавшийся городскими властями, но ему препятствовали статус здания - памятника архитектуры и активное неприятие со стороны защитников наследия. После пожара ситуация формально не изменилась - но физически изменилась очень сильно: никто не мог бы потерпеть многолетнее стояние обгоревших руин рядом с Кремлем. Здание начали ускоренными средствами "спасать" - и спасли. Манеж был восстановлен со значительными изменениями и искажениями облика, и то, что было сделано, не было реставрацией, а было именно реконструкцией. Здесь ситуация примерно такая же: есть инвестиционный контракт, есть распоряжение правительства Москвы на этот счет.
Здание сильно пострадало: провалились перекрытия, сгорела крыша. Есть несколько вариантов развития событий. Первый - будет возбуждена процедура снятия памятника с охраны (вернее, непереноса его из списка выявленных памятников в список памятников регионального значения под предлогом того, что он утратил культурную ценность), начнется реализация контракта. Второй - Москомнаследие и защитники памятников займут непримиримую позицию, и здание будет продолжать считаться памятником. В таком обгоревшем, потрепанном, полуобваленном виде оно будет оставлено на несколько лет, перезимует несколько раз без кровли, и в конце концов все закончится снова реконструкцией или вообще новым строительством на этом участке. Есть вариант номер три - немедленно начнутся противоаварийные, а затем и реставрационные работы, так как физически он еще может быть спасен, поскольку не прошел точки невозврата. Но это очень сомнительно - даже с Манежем, памятником гораздо большей ценности и известности, так сделано не было.
В четверг в Институте автоматизации проектирования РАН, владельце здания, отказались комментировать ситуацию под предлогом того, что "все заняты восстановлением разрушенного хозяйства". "Известия" будут следить за развитием событий.
