Дым отечества и ежик с дырочкой
Отметивший в этом году свое 65-летие правофланговый нашей авторской песни Сергей Никитин выступил там, где вряд ли когда-нибудь предполагал петь. Без своей постоянной спутницы - супруги Татьяны, но с двумя музыкантами Сергей Яковлевич смело шагнул в черноту столичного клуба "Икра".
Всегда открытый для различного трэша, андеграунда, парадоксальных перфомансов, клуб добавил в свою летопись еще одну оригинальную страницу. Никитин, думается, тоже. В заведение, где несколькими днями ранее устраивала панк-кабаре с водкой и арбузами Аманда Палмер, где дебютировал в свое время выходец из youtube Петр Налич, бросал вызов современным нравам шапито-рэппер КАЧ, разбивала в кровь лицо о стул Ройшн Мерфи и т.д., седовласый композитор-исполнитель, любимец советской интеллигенции 1970-х, прибыл прямо с рыбалки. Которая, по его ироничному признанию, "немного подсадила верхи" его вокала. До Никитина вершиной "неформатности" в "Икре" казался сольник питерского "мушкетера" Михаила Боярского, прошедший с мега-аншлагом и весельем. Но исполнитель бессмертного "ежика резинового" и на фоне Боярского выглядел человеком с другого полюса.
Сергей Яковлевич скромно вышел на сцену, сел с акустической гитарой на стул в центре, подождал, пока по флангам расположатся гитарист и контрабасист, и в зале наступила невероятная для этого места тишина. "А что это за шум такой?" - вдруг спросил Никитин, хотя в этот момент были слышны только шепот официантов и шуршание салфеток на VIP-балконе. "Понятно. Это вентиляторы", - ответил бард сам себе. И продолжил: "Ну да, громкой музыке они здесь не мешают...".
Поскольку подпевающей жены рядом не было, Никитин предложил собравшейся публике (которую впервые в истории клуба рассадили на танцполе на стульях) стать в этот вечер "коллективной Татьяной". Начали с хрестоматийной "Александры", и атмосфера сделалась еще более абсурдистской. В черном-пречерном помещении, пропитанном роком и альтернативой всех оттенков, омытом не одним стаканом пива, сидели дяди и тети педагогического вида с маленькими детьми (кстати, вход на мероприятие для детей был бесплатным) и солидарно, в такт покачиваясь, пели: "Не сразу все устроилось, Москва не сразу строилась...".
Потом были "Под музыку Вивальди", "Самолетик" и совсем уж походно-студенческая "Из ливерпульской гавани всегда по четвергам...". Ее Никитин уже почти не пел, лишь подыгрывал народу и напоминал первые строчки куплетов. Вроде бы все шло к тому, что король закадрового пения в советских суперкомедиях и мультфильмах отыграет свой "необыкновенный" концерт по предсказуемому плей-листу какого-нибудь заказного выступления, уложится в час с "хвостиком" и откланяется. Однако Сергей Яковлевич вдруг круто изменил благостно-утренниковый тон мероприятия и перешел сначала к песням на стихи Арсения Тарковского, до которых он, по собственному признанию, "дозрел после пятидесяти", а потом к целому циклу песен на стихи Бориса Рыжего.
Рыжий, у которого можно найти, например, такие строки: "Россия - то, что за пределом / Тюрьмы, больницы, ЛТП. / Лежит Россия снегом белым / И не тоскует по тебе", сейчас явно созвучен Никитину. К безобидной, инфантильно-отвлеченной лирике любимый бард Эльдара Рязанова на концерте в "Икре" больше уже не возвращался. Ее воспроизвел недавно работающий с Никитиным украинский гитарист Михаил Барановский, исполнивший собственные композиции про сентябрь и "дядюшку Вартана". Сергей Яковлевич за это время отдохнул и вернулся к зрителям с демократическим настроем, памятным по затаптываемым ныне 1990-м.
На мотив государственного гимна он спел арию "Славься, Отечество наше дымящее..." с припевом "И дым Отечества нам сладок и приятен. Гори, гори оно огнем...". После чего прозвучали сакраментальный "ежик с дырочкой в правом боку" и краткий спич Никитина о сегодняшнем дне, о его восприятии должности премьер-министра страны и о том, какого масштаба у нас "достиг подхалимаж". Сказанное было закреплено известной темой "Родина" на стихи Тима Собакина.
Второе отделение - видимо, для того, чтобы публика вновь распелась, Никитин открыл легендарной арией московского гостя ("Если у вас нету тети..."). А дальше опять прозвучали песни на стихи Рыжего, а также темы, навеянные любимым композитором Сергея Яковлевича - великим бразильцем Антонио Карлосом Жобимом.
Закрыли вечер хоровой "Бричмулой". Хотя Никитин, кажется, планировал спеть еще одну вещь, но его публика в молодежном клубе так до конца и не освоилась. И когда артист под аплодисменты ушел со сцены, посчитала, что на этом точка. Как бардов вызывают на "бис", никто из собравшихся, похоже, не знал. Да и длился концерт два с лишним часа, завершившись в полночь. Время недетское.
