Президент Союза архитекторов России Андрей Боков: "Думаю, после кризиса мы не захотим больше пафосных башен"

В среде застройщиков и архитекторов царит уныние - часть старых строек заморожена, новых заказов мало... Но есть ощущение, что кризис может стать для бесконечно перестраиваемой Москвы благом. Так считает и академик Андрей Боков, недавно избранный новым президентом Союза архитекторов России. Аргументируйте, - попросила его обозреватель "Известий" Анна Гараненко.

ответ: Весь этот ажиотаж - давление инвесторов, безумные темпы строительства, невозможность и нежелание остановиться и подумать, то ли мы делаем, - порождал ощущение ненормальности происходящего. Постоянный рост стоимости строительства и цен на жилье (причем явно не соответствующих качеству) вызывал недоумение еще до того, как мы с удивлением обнаруживали, что скромная квартира в Москве стоит дороже апартаментов на Манхэттене... Кризис означает, что теперь у нас есть возможность переосмыслить происходящее.

вопрос: Архитекторов называют среди первых жертв кризиса наравне с финансистами и брокерами.

о: Не думаю, что мы являемся большими страдальцами, чем другие. Единовременный и резкий спад произошел в коммерческом строительстве. Пострадали те, кто строил за дешевые заемные деньги, кто набирал западные кредиты и вкладывал средства в огромные проекты. Они оказались самыми незащищенными и недальновидными.

в: Иностранные архитектурные "звезды", которых мы так долго звали в столицу, разъезжаются из Москвы. Это плохо?

о: В наше время две вещи сыграли дурную шутку с западными архитекторами. Первое - их высокомерие и непонимание того, что происходит в России. Второе - низкий уровень их партнеров здесь. Тех, кто брался за исполнение проектов, не имея опыта и не представляя себе, что именно и какой ценой может быть реализовано. Так что у меня нет ощущения потери в связи с уходом иностранцев - тем более что они мгновенно вернутся, как только появятся повод и лишние деньги.

в: Амбициозные проекты Нормана Фостера (башня "Россия" в "Москва-Сити" и реконструкция гостиницы "Россия") официально пока только приостановлены. Но будут ли они реализованы вообще?

о: Архитектурные проекты - скоропортящийся продукт. Спустя три года возвращаться к этим сюжетам ни у кого не будет особого желания. Изменятся не только геоподосновы, имеющие четкий срок годности, поменяется и организационная структура, и психология. Думаю, мы выйдем из кризиса другими - изменится представление о том, что хорошо, что плохо, как можно делать, как нельзя. Очень может быть, что мы просто не захотим больше пафосных башен.

в: А у вашего архбюро есть проекты, которые зависли и закрылись?

о: Наши основные заказчики - городской и федеральный бюджеты. Такие проекты не "схлопнутся" так стремительно, как коммерческие. Другое дело, что в какой-то момент начнет ощущаться отсутствие поступлений в бюджет... Я глубоко убежден, что все проекты начнут меняться - жизнь заставит делать их более взвешенными, разумными, эффективными, скромными, но достойными... Более адекватными, если угодно. Скажем, все объекты Олимпиады будут обязаны пройти переосмысление и очищение. Они недоделаны, а сегодня прикрывать ошибки и неточности денежным дождем неправильно.

в: 1 марта в Москве начинаются публичные слушания по проекту актуализированного Генерального плана. Граждане, как обычно, ничего хорошего не ждут...

о: Генплан в общественном сознании отчетливо связан с резкими переменами - первый крупный Генплан, принятый в 1935 году Сталиным, предполагал весьма радикальные изменения, обернувшиеся в том числе массовыми выселениями из центра города. Вот люди и боятся - это эффект социальной памяти. Но мы-то понимаем, что город не может не меняться - как минимум должна постоянно обновляться инфраструктура. В актуализированном Генплане вся территория города поделена на зоны стабильности и те земли, где возможны изменения. Участки, которые подлежат сохранению, и те, что нуждаются в изменении.

в: Именно этого народ и опасается - что их район будет признан подлежащим реконструкции и "уплотнен" еще больше.

о: Придя на слушания, большинство, скорее всего, успокоятся, увидев, что территориям, где они живут, ничего не грозит, сложившиеся районы в своей массе Генплан относит к стабильным территориям. Дает ли это 100%-ную гарантию от стройки под окном? Не уверен: остается проблема капремонта, работ по благоустройству. Даже сложившимся районам нужны новые детсады, дома быта. Какие-то трансформации локального свойства будут происходить, но речь не об этом. На обширных территориях Западной Европы новое строительство практически запрещено - законодатели оценили их как совершенное произведение человеческой культуры. В Тоскане, Каталонии получить разрешение на строительство нового дома практически невозможно. И в известном смысле наш актуализированный Генплан означает приближение к мировым стандартам.

в: А каким должен быть идеальный городской район?

о: Невысокое жилье - 3-4 этажа: это и комфорт, и безопасность, и иное мироощущение. Дворы должны быть с четкими границами - вы должны знать, куда выпускаете своего ребенка, а он - представлять себе свою территорию. Человек должен иметь возможность приобрести необходимые вещи на минимальном расстоянии от дома. И, конечно, мы обязаны думать о создании рабочих мест в пределах района проживания.

в: Возможна ли одноэтажная Москва по аналогии с одноэтажной Америкой?

о: Именно такого типа жилье в значительной степени решает демографическую проблему - заботы по строительству частного дома, его поддержанию и развитию становятся делом семьи, и это в значительной степени цементирует и формирует ее. Сейчас вокруг Москвы активно разрастаются пригороды, но стихийно - и это наша беда. Пока "одноэтажная Москва" выглядит совершенно беспризорной. До тех пор, пока мы не признаем это явление, не научимся проектировать его, регулировать, управлять им, жизнь огромного города нам не наладить.